Книга Путешествие в молодость, страница 22 – Эдуард Поляков, Мефодий Отсюдов

И это меня и добило.

— Ау, дятел малолетний. Я за тебя отвечать не собираюсь. А ну быстро дяде участковому прояснил ситуацию, как ты накосячил, а потом батиными связями прикрывался! - вспылил я.

От моих откровений Саныч подавился пивом.

— Дядь Саш, я не знаю, зачем вы пацанов избили. Я вчера весь вечер дома был, - состроив невинное выражение лица, выдал Чижик. - Бать, ведь так было?

Участковый перевел взгляд на Саныча.

— Не в то горло пошло, - отплевываясь, оправдывался фермер. - Участковый, сходи, покури, пожалуйста. У меня к этим двум дегенератам разговор есть.

Мент хмыкнув, взял лежавшую около хозяина здешних земель пачку дорогих сигарет и, насвистывая, вышел со двора. Видать Саныч до сих пор был не в курсе, из-за чего драка началась, а тут ещё и воспитательный процесс не в ту степь пошёл.

— Слышь, сына. Тебя вроде не Павликом звать, да и фамилия у тебя не Морозов. Так что же ты свистишь-то? - начал злиться Саныч. – Значит, тёлочку ты склеить хотел, а местным это не понравилось? Да? Или как было? И мобильник убери, а то кое у кого телесных повреждений-то прибавится, - уже орал мой недоопохмелённый дружан.

Глазки у малого забегали.

— Да ничего такого. Я там чиксу заприметил, а тут они. И давай до меня докапываться. Дай сигаретку, добавь на пузырь. Я их послал. Они привязались, чего я в их колхоз приехал. Ну и им и объяснил, что колхоз, скорее не их, а мой, ведь им мой батя руководит. И потому, ходить могу, где хочу и когда хочу. И участковый друг бати моего хороший. Они с ним вместе водку пьют и на охоту в баню ездят.

Оправдания сына Саныч слушал скрипя зубами.

— От сучёныш. Теперь на каждом углу что ли орать, кто твой отец и с кем он в бане парится? – вопил фермер. - Я смотрю, не жизнь у тебя, а малина. Батя за него тут порешал, там поговорил или подмазал и все! Все двери перед ним открыты и везде ему улыбаются. Хозяином жизни себя почуял? А вот хер тебе! С сегодняшнего дня всё сам. Как хочешь! - орал Саныч.

Закончив тираду, красный как рак фермер, шумно глотал ртом воздух. Чижик водил носком кроссовка по плитке, а я, решив, что в ногах правды нет, шлепнулся рядом с другом детства.

— Довел ты батю, - назидательно изрек я, прерывая неловкую паузу.

— Я больше не буду, - пробубнил Чижик.

— А мне пох, - вновь обрел спокойствие Саныч. - Петрович, - заорал он, призывая службу. - Забирай этих мелких мозгоебов и делай с ними, что хочешь. Хоть на Колыму лес с насильниками валить отправляй. Мне пох.

— Э, Саныч, меня-то за что? – возмутился я.

— А за компанию. Считай, что я самодур, - отмахнулся дружан и просто ушёл, оставив нас на растерзание местного Аниськина.

Такой подставы я не ожидал.

Разбирательство с представителем власти, получившим свободу действий, получилось нудным. Еле-еле удалось договориться порешать всё миром. Про забор, он всё-таки тролил.

— Значит по рукам. Вы новый забор у Дядькинского ДК ставите, кабинетик мой ремонтируете, а я дело закрываю за отсутствием состава правонарушения, - поставил точку в разговоре Петрович.

— Угу, - согласился я.

— Вот и ладненько. Можете приступать. Через неделю, все должно быть готово.

— Эй, дядь, а материал, когда привезёшь? - вклинился в разговор Чижик.

— А за дядю ещё и снаружи клуб покрасите, - назидательно произнес участковый.