Книга Молодая кровь, страница 36 – Эдуард Поляков

— Да ладно, что ли, — с виду не придавая произошедшему значения, пожал я плечами. — И убери ты уже ствол, ничего он Чувашу не сделает.

— Эй, я вообще-то здесь! — с лёгким акцентом прокричал Инай и для наглядности потянул на себя Бориса, отчего тому, чтобы не порезаться, пришлось встать на цыпочки.

— У него вообще-то нож, — сквозь зубы процедила Лиза.

— А у тебя пистолет, — всё так же равнодушно ответил я. — Да и потом, если бы он хотел убить Бориса, то сделал бы это ещё в вингере. Он пришёл на шум взрывов, которые мы тут устроили, да и Башню Часовых видно, наверное, километров за сорок. Инаю просто любопытно. Ведь так?

Последние слова адресовались уже нашему потеряшке, и тот даже растерялся.

— Я-я-я… я его зарежу!

— Не зарежешь, — улыбнулся я на эту провокацию. — Я думаю, ты в тайне уже посещал лагерь и видел боевых ботов.

Для наглядности я кивнул на настоящий за их спиной вингер.

— Ну, Скворца ты точно видел. И ты сам прекрасно понимаешь, что если зарежешь Бориса, хотя он вообще ни в чём не виноват, Лиза продырявит тебя на всю обойму. А затем мы поднимемся на вингере в воздух и в несколько ракет расхреначим ту деревню, которую ты раньше называл домом. Око за око.

— Мой отец… — попытался было парировать он.

— Твой отец — мой подчинённый! — мгновенно посуровев, отрезал я. — А ещё он Часовой, который, если я прикажу, сам раскатает твой хутор в тонкий блин. Ты ведь знаешь, кто я?

Несколько секунд помедлив, Инай судорожно сглотнул и кивнул.

— Ты Хевел-Шавар, — и, поняв по моему лицу, что мы ни хрена не поняли, перевёл на великий и могучий. — Отец Теней и пожиратель Солнца.

— Это, видимо, на его языке аборигенов означает «Сумрак», — вслух догадалась Лиза.

— Значит, ты всё знаешь, — кивнул я, не вдаваясь в подробности.

Если парень всё для себя уже решил, то кто я такой, чтобы разубеждать его?

— Ну вот и поближе познакомились, — хмыкнул я, вновь улыбнувшись и хлопнув рядом с собой. — Присаживайся. Поболтаем.

— Нет, ты пожиратель Солнца! Ты обманешь! — от страха голос Иная почти дал «петуха».

Бедный Борис. Даже со своего места я видел, как он поморщился, оглохнув на одно ухо.

— Ладно, видит бог, я хотел сделать всё по-хорошему… — неопределённо пожал я плечами и повернулся к Лизе. — Ну-ка, ребят, давайте-ка теперь вы… потренируйте полное сопряжение.

Первым мой приказ дошёл до Бориса, и тот, улыбнувшись, произнёс:

— Лиза, я капец как боюсь стать алкашом, как мой отец.

Светодиод на её ганте моргнул жёлтым, и девушка, поняв, что от неё требуется, ответила:

— А я очень хочу хоть когда-нибудь хотя бы разок посетить марсианские мануфактуры!

То, что их второй в жизни сеанс полного сопряжения прошёл успешно, я понял лишь позже, когда всё закончилось.

Борис не придумал ничего лучше, чем вцепиться зубами в руку, сжимавшую обсидиановый нож у его горла. Резко подпрыгнув, соник-техник попытался ударить затылком в переносицу Иная. Но тот мгновенно среагировал, отклонив голову назад.

«Вот это реакция… Значит я не ошибся, у парня точно талант „гончей“», — пронеслось в моей голове.

Борис не остановился. Приземляясь, соник-техник точным движением воткнул каблук в ступню Иная. От неожиданной боли парень взвыл, ослабив хватку. Вывернувшись из захвата, Борис в прыжке развернулся и нанес два чётких удара — сначала левой, затем правой ногой — по боковой части коленей, окончательно выводя сына Йотуна из боя.