Книга Фантом. Инженер системы 4, страница 67 – Артем Сластин, Игорь Ан

Оказывается, я закрыл глаза, или на мгновение потерял сознание.

Когда очнулся, я лежал на спине. Вокруг плескались прибрежные волны. Невысокие, приятные, как на море в штиль. А сверху лился мягкий солнечный свет.

Где я?

Срань господня! НЕТ! Не солнечный!

На черном фоне космической пустоты, обрамленной синими гранями шестиугольника, на каких-то диких растяжках высоко в небе висел бублик. Тор! Он светился теплым желтовато-белым светом, отчего казалось, что в этом осколке светит солнце.

Я стоял на пляже, метрах в десяти от кромки воды. За спиной раскинулся тропический остров.

Идиллическая картина, казалось бы. Если бы не одно «но». Весь пляж был усыпан костями. Разными. Практически не сохранилось целых скелетов, но по фрагментам удалось понять, что здесь обитали существа похожие на людей.

Я не патологоанатом, чтобы по размеру бедренной кости легко определить рост человека. Да и не люди это, вовсе. Но если бы мне пришлось делать предположение, то я решил бы, что существа имели рост за два метра. Может быть, два с половиной. Высокие, явно прямоходящие. Очень уж похоже строение их скелета на человеческий.

Интересно было бы увидеть кого-то живого. С одной оговоркой, если он оказался бы мирно настроенным. Драться с таким гигантом, да еще если он будет неплохо прокачан — дело неблагодарное. А то, что Система похозяйничала и здесь, сомнений не было. Осколок разрушенного мира: шестиугольный, размером, скорее всего, меньше наших. Но это может быть следствием изначального размера планеты.

Сейчас же от планеты явно ничего не осталось. За голубыми барьерами стен отчетливо виднелась чернота космического пространства. Болтающийся на канатах светильник — бублик, светящийся, как маленькое солнце — точно рукотворный. Я не представлял, кто мог такое создать, но заранее склонял голову перед этими гениями.

Термоядерный синтез у нас был ещё не освоен. Работы велись и уже давно, но результата — ноль. Тут же не просто токомак, и не линейная гофрированная ловушка (или как её ещё называют — пробкотрон) — здесь бублик с прозрачными стенками, где явно протекает самоподдерживающаяся термоядерная реакция. Какие силы сдерживают её, не давая вырваться наружу? Ответа я не знал.

В своих выводах я почти не сомневался. Ничто другое не могло так мощно сиять на высоте… я прикинул, исходя из размеров осколка и возвышающейся в его центре горы… несколько десятков километров. Круто придумано, чего уж там!

С удовольствием бы пообщался с местными инженерами, но я опоздал. Похоже, сюда пришел хаос. Его порождение, которое мы уничтожили умудрилось похерить всех, кто здесь жил. Как? Не знаю. Может быть, они оказались односторонне развитыми. Не могли за себя постоять. Изобретатели от бога, но не воины ни разу. А может, тут произошло что-то другое.

Море, точнее часть его, сохранившаяся в осколке, тоже выглядело мертвым. В воде плавали ошметки, на дне у берега белели кости. На этот раз, точно не человеческие.

Передо мной в полосе прибоя, которого тут не могло быть уже давно, виднелось шестигранное отверстие портала. Туда до сих пор заливалась вода. Судя по влажному песку, слилось в наш мир немало. Хорошо, что осколок ограничен, и остров занимает в нем существенную площадь. Вообще, если подумать — крутой был кусочек рая. Тропический остров (деревья, напоминающие пальмы, пусть и пожухлые, но когда-то явно красивые, буйная растительность, белый песок) посреди кусочка лазурного моря. Черт! Мечта, а не осколок. Вот только сейчас он был полностью, бесповоротно мёртв.