Книга Фантом. Инженер системы 4, страница 52 – Артем Сластин, Игорь Ан

Зомбаков они убили, но двое из отряда уже не пойдут дальше.

Компания сократилась до четверых: командир, Ленка, Пашка и Вика.

Пашка с Викой держались чуть особняком, особенно после смерти товарищей. Может командиру доверять перестали? Хотя чего не доверять-то, когда Максим со Светкой сами виноваты? Сергей Александрович предупреждал, что нужно быть осторожней, что не стоит отдаляться от группы, и вообще, выстроил неплохой порядок. Но они не слушали. Дурацкий подростковый бунт — не иначе.

Ленке в какой-то степени было жаль командира. Она видела, как после боя он вскрыл тела своих павших, извлёк эссенции. Хоть их с ребятами и попросили отойти, Ленка видела, как блеснули слёзы на глазах командира. Потери он принимал близко к сердцу.

От отца Ленка слышала, что-то о прошлом Сергея Александровича, полагала, что военный опыт и участие в африканской компании, должны были закалить человека. Но закалка и чёрствость, похоже, совсем не одно и то же.

В тот же вечер они дошли до крайнего дома. Он стоял чуть на отшибе, на невысоком пригорке, недалеко от старого кладбища. Зато здесь было тихо.

Одноэтажный дом, скорее изба-пятистенок. Старая, вся из серого от времени кругляка. Грязные от пыли и насекомых немытые окна с резными крашенными в голубой ставнями. Краска давно облезла, но цвет ещё угадывался.

Дверь оказалась вскрытой. Здесь кто-то уже побывал — ничего ценного не осталось. Зато ни на подходах к дому, ни на ближайшей улице не было видно следов мутантов или бойни. Будто бы этим захолустьем даже твари не интересовались.

Во дворе, закрытом высокими деревянными воротами, притаился грузовик. Ржавый, с опрокинутой вперёд безносой кабиной.

Ленка взглянула на неё снизу и прочитала едва заметные облезлые буквы: «мАз». Именно так с большой «А» по центру.

Ржавчина придавала кабине боевую раскраску под «хаки». Точно так же выглядела огромная бочка на «спине» грузовика. Да-да. Бочка! Не самосвал, не бортовой грузовик, а бензовоз. Или топливовоз… Ленка не знала, что перевозили в этой выкрашенной когда-то в буро-зелёный цвет цистерне. Она не была уверена, что в ёмкости нет сквозных дыр. Ржавчина отлично потрудилась над древним агрегатом.

Но на переменившегося в лице, при виде машины, Сергея Александровича, был приятно смотреть. Он ничего не сказал, но Ленка поняла, что-то изменилось.

В доме было темно, воняло пылью и старостью. Зато был глубокий погреб. Сырой, страшный, но наполненный помутневшими банками с огурцами и помидорами. Почему эти припасы не забрали те, кто обшаривал дом, было неясно. Может, погреб не нашли, а может, решили, что мутный рассол — признак пропажи. В небольшом отделении прямо на земле оказались ссыпаны морковка, свёкла и картошка. Немного, но достаточно, чтобы вызвать возглас радости. Ленка старалась сдерживаться, но всё равно вскрикнула громче положенного. Командиру пришлось на неё шикнуть, чтобы замолчала.

Пусть и ненадолго, но едой они здесь были обеспечены. Жаль, не было колодца поблизости. Но Сергей Александрович пообещал найти воду. А значит, им есть с чем пересидеть.

Здесь они решили сделать временное убежище. Нужно было выяснить, что происходит в деревне.

После обследований ближайших окрестностей командир приказал спрятаться и ждать его в доме. Сам он пойдёт на разведку. Все запротестовали, но Ленка понимала, что после потери двоих раздолбаев, не слушающихся приказов, сама бы поступила точно так же — оставила обузу в доме и тихонько разведала окрестности.