Книга Сабатон. Системный приручитель 4, страница 9 – Артем Сластин, Алексей Пислегин

У меня, впрочем, есть ещё один. Он и действует немного дольше, и откатывается в два раза быстрее.

Каменная кожа.

Разведка боем прошла, пора навязать противникам свои условия. Если действовать неспешно, на изматывание — у них больше шансов. Их двое, ящер явно живучее меня. Коготь поддержит его выстрелами из лука, и меня рано или поздно задавят.

При том, скорее уж рано.

Надо давить самому, ломать рисунок, который сложился в головах у противников — а каменная кожа даст мне право на ошибку.

Я выдернул из нагрудных ножен свой старый добрый охотничий нож. И — с силой метнул в котяру. Метил в тело, но попасть и тем более убить ублюдка не рассчитывал. Мийю от природы ловкие и стремительные, так я даже Милу вряд ли уложил бы, а у неё характеристики явно меньше, чем у Когтя.

Весь расчёт был на то, что котяра даст мне одну лишнюю секунду на рывок вперёд, и расчёт оправдался.

Он метнулся в сторону, прервав на середине очередной обиженный мявк. Я же в этот момент уже подлетел к стражу, подгадав момент, когда его башка будет повёрнута ко мне слепой стороной. Ногу разрывала боль, и за нагрузку раненого бедра меня ещё ждёт расплата.

Но, благо — не сейчас.

Секирой я ударил по-колхозному, сверху вниз, размахнувшись из-за головы. Зато от души. Жаль, ящер успел среагировать на мои шаги и дёрнулся в сторону.

Удар, которым я собирался раскроить ему череп, цепанул вообще шею. Нормально так цепанул, кровь горячим фонтаном ударила прямо мне в лицо. Но я разрубил только мышцы, даже не дотянувшись до позвоночника.

Раны, смертельные в нормальном мире для любого животного, в системном мире до обидного малоэффективны.

События понеслись вскачь. Загудела тетива лука — это Коготь выстрелил в меня откуда-то из-за ящера. Примерно с трёх метров, то есть практически в упор.

Я метнулся вниз, понимая, что уклониться не успею. Не реально даже при моих характеристиках. Вся надежда на то, что котяра стрелял навскидку, да на прочность моей брони.

И — мне в кои-то веки повезло.

Страж дёрнулся назад. Вряд ли здоровенный хищник всерьёз испугался меня, маленького и слабого человечка. Ну, маленького и слабого в сравнении с ним, конечно. Даже несмотря на внушительный топор у меня в руках. Сработала инстинктивная реакция на боль — и гад просто закрыл меня от выстрела собственным телом. Стрела вонзилась в его многострадальную шею, так и не добравшись до меня.

А я в наглую проскочил прямо под башкой зверюги, пригнувшись так низко, что секирой по каменному полу звякнул. Из этого неудобного положения и ударил во второй раз — снизу, на развороте.

Страж как раз хотел наказать меня за наглость, но вместо этого нарвался на встречный удар. Лезвие прилетело сбоку: смачно врубилось в нижнюю челюсть и наизлёте чуть зацепило верхнюю. В стороны полетели поломанные зубы и кровища, в нос мне ударил воняющий тухлой рыбой выдох.

Рана вышла страшная, нижнюю челюсть и язык я наполовину отрубил. Страж, обезумев от боли, метнулся вперёд. Я проскочил между его бочиной и стеной в последний момент, ещё чуть-чуть — и эта туша перемолола бы меня об камень, превратив в окровавленный мешок с костяным крошевом.

Снова тренькнула тетива — уже прямо передо мной. Грудь слева пронзило болью, под футболкой стало сыро и горячо.

Срань господня!