Книга Мастер Рун. Книга 11, страница 93 – Артем Сластин, ПолуЁж

А камень Бурь мог помочь мне сделать самое главное, послужить дополнительным фильтром, и избавиться от оставшихся недостатков. Это было удивительно, но этер нисколько не отличался от этера Корневиков, тем самым давая мне просто безумную надежду на помощь не только раненым, но и возможности немного усилить свою маленькую армию.

Я дотянулся через общий мост до ближайшего ко мне Корневика и начал передавать ему этер, пропуская его через конструкт и через камень Бурь, и сразу почувствовал, что накачка идёт, и услышал удивлённый возглас человека. Работает!

Да, так и есть, этот этер игнорировал блокаду горького корня. Он проходил сквозь Корневиков, как вода сквозь песок, напитывая их внутри. Так как руны Корневиков и руны конструкта были одной системы, они были совместимы на всех уровнях, которые я только начал сейчас понимать.

Горбун сработал быстро, как и испуганный Рен, они смотрели на меня не понимая происходящее, но я чувствовал их страх, явны и откровенный.

— Все сели или легли рядом! — приказал я, разглядывая раненых.

Затем уселся сам, скрестил ноги, и положил ядро червя перед собой.

— Слушайте внимательно! Я знаю что будет дальше, — сказал я громко, чтобы услышали все. — Но, говорю вам, вы не умрёте, пусть будет и больно. Запомните это и держитесь, я начинаю. Мне нужны все ядра что есть в деревне!

Это я уже обращался к Горбуну. Который кивнул и тут же исчез, даже не пытаясь задать вопрос. А пока начну, буду пользоваться тем, что есть у меня.

Чувствуя всех в округе, я отделил раненых и всех, кто был на начальной стадии закалки костей, от остальных, выделил мысленно их в одну группу, а затем принялся ломать ядра рогачей одно за другим, скармливая их конструкту. Если обычных практиков это било сильно, но можно было перетерпеть, то раненым, конечно, было ещё хуже.

Когда тело практика перестраивается, в процессе перестройки оно не только ломает себя, но и чинит повреждения, потому что новая ступень не терпит сломанного фундамента. Я уже сам не раз проходил через это раненым, поэтому знал, как это будет.

Я закрыл глаза, чтобы не видеть мучающихся от боли людей, и не слышать испуганные крики других. Сосредоточившись на том, чтобы правильно распределить потоки, правильно оценить внутреннее состояние тех людей, которых я сейчас буквально питаю силой и энергией, и дать им возможность перейти на следующий шаг и остаться в живых.

— Ядро. — я протянул руку в сторону, и тут же получил ядро от Горбуна. Раненые закончились, пришло время тех, кто был на первой стадии.

Шаг за шагом, ядро за ядром, постепенно я переводил всех практиков на новый уровень и уже потерял связь с временем, когда понял, что больше ничего не могу сделать, и задача моя, по сути, была выполнена. Только тогда я упал на землю. Мои накопители были пусты, и самого этера у меня осталось буквально пару десятков единиц, а это уже близко к истощению.

— Мастер, — спросил Горбун встревоженно. Он стоял рядом и смотрел всё это время, и впервые, наверное, я увидел на его лице новые эмоции. Во-первых, это был страх. — Что ты сделал, мастер?

Никто не кричал от радости, зато все смотрели на меня так, словно я сделал нечто непоправимое. В их глазах было что-то, с чем мне еще предстояло разобраться, но не сейчас.