Книга Мастер Рун. Книга 11, страница 52 – Артем Сластин, ПолуЁж

Я промолчал, потому что объяснять ему про Зеркало Намерений и систему навыков я не собирался, а врать не хотелось.

— Ладно, — сказал Рен, и в его голосе появилась новая нотка, деловая и даже скорее практичная, при этом совсем не похожая на тот горячечный напор, с которым он ворвался в домик старейшины. А не игра ли это была? Внука с дедом против меня? — Ладно. Я признаю поражение. Я спросил, ты ответил.

Он подошёл к своему копью, выдернул из досок, осмотрел наконечник и поморщился, заметив свежую царапину на кости, оставленную моим оружием.

— Можно? — спросил я, протягивая руку к его копью.

Рен замешкался на секунду, посмотрел на деда, который пожал плечами с видом делай что хочешь, всё равно уже поздно, и протянул оружие.

Я взял копьё и провёл пальцами по древку, от наконечника к основанию. Руны под пальцами отзывались по-разному, три живые гудели тихо, как натянутые струны, а мёртвые молчали, словно обычные бороздки в дереве. Всего их было девять, и по расположению, по логике контура, я понял, что когда-то это было серьёзное оружие. Связка усиления удара как и обязательная связка укрепления древка была скреплена еще и не совсем знакомой мне связкой баланса, которую прочитать я прочитал, а вот оценить пока не смог, нужно попрактиковать, раньше я в этом направлении даже не думал, работая с балансом копья как с естественным фактором.

— Когда последний раз обновляли? — спросил я.

— При моём деде, — ответил Рен. — Был мастер, старик из Осколков, который умел. Он обновил три руны и умер через год. Больше никто не брался, у Осколков есть рунник, но он говорит, что контур слишком сложный, боится испортить.

— Если ты не против, я хочу кое-что сделать. Я не поврежу копье. — сразу предупредил я напрягшегося было Рена и достал из сумки иглу.

Затем аккуратно, я провел новые линии по старым, исправляя и углубляя, места, где контур был полностью утрачен, восстанавливая всю логику связки и достраивая недостающие элементы. Этер тек по обновленным рунам следом, заполняя их контуры и даже дерево под пальцами немного нагрелось. Жаль закончилось дело быстро, когда я дочертил и исправил последний кусок, копье само загудело в руках, и я почувствовал восстановленный баланс, из-за которого эта палка с костью, действительно становилась полноценным и хорошим оружием. Интересно, это было весьма познавательно.

Рен принял оружие обратно и чуть не выронил. Его лицо вытянулось от удивления, пальцы сжались на древке, и он сделал пробный выпад, короткий, в воздух. Копьё свистнуло иначе, гораздо чище, и наконечник описал дугу с такой точностью, какой в нём раньше не было.

— Это… — начал он.

— Не благодари. — сказал я, усмехнувшись. — Это то, что должен уметь делать любой нормальный рунный мастер, к каким себя отношу и я.

Как говорится, сам себя не похвалишь, никто не похвалит.

— Началось, — сказал старик тихо, ни к кому не обращаясь.

Рен стоял с обновлённым копьём в руках и смотрел на меня так, как смотрят на человека, которого долго ждали и наконец дождались. Мне этот взгляд не понравился, потому что в нём было слишком много надежды, а надежда в Яме, как я уже начал понимать, штука опасная.

— Не смотри на меня так, — сказал я. — Я починил три руны, а не открыл ворота наружу.