Книга Мастер Рун. Книга 9, страница 118 – Артем Сластин, ПолуЁж

Он встал. Подошёл к карте на стене. Провёл пальцем по линии, уходящей от поверхности вниз, через пронумерованные слои, Этажи, первый, пятый, десятый, двадцатый, и глубже, туда, где цифры кончались и начинались знаки вопроса.

— Мой дед основал Общество Наследия с одной целью, — сказал Корнелиус, не поворачиваясь. — Найти Управляющий Центр Сферы. Место, откуда Древние контролировали все системы. Этер, гравитацию, вращение вокруг Ока, Звездный Дождь. Всё. Он верил, и я верю, что Центр существует. Что он физически находится где-то на самом дне, или в самой толще стены, между внутренней поверхностью и внешней оболочкой.

Чжоу Линь. Книга. Круглая камера с пустым постаментом. «Пульт управления», по словам Киану. Они ищут то же самое, что нашёл картограф сто с лишним лет назад. Только они не знают, что он это нашёл. Или знают?

— Вы знаете о записках Чжоу Линя, — сказал я. Не вопрос. Утверждение.

Корнелиус обернулся.

— Его записки откровенная ерунда. Первая экспедиция вернулась с половиной людей и без результата. Вторая не вернулась вообще. Третья дошла до одиннадцатого Этажа и повернула назад, когда потеряла проводника. В других местах мы спускались гораздо ниже, особенно когда в составе были сильные практики. По-настоящему сильные. Но есть нечто, чего не хватает даже самой сильной команде. Спроси.

— Чего же вам не хватает?

— Ключа, — ответил Корнелиус. Он вернулся к столу, но не сел. Стоял, упираясь костяшками в дерево, и смотрел на меня сверху вниз. — Линь описал камеру. Но он не описал, как Киану открыл дверь. Написал только, что тот произнёс одно слово, и люк открылся. Одно Слово.

— И вы считаете, что это слово из внешнего мира. Из моего мира.

— Я считаю, что система Древних реагирует на определённый тип сознания. — Корнелиус заговорил быстрее, и я впервые увидел в нём не расчётливого практика, а человека, одержимого идеей. Огонь был настоящий, не показной. — Замки, которые мы нашли на нижних Этажах, ключевые узлы рунных формаций, двери, которые не открываются никакой силой, они не проверяют пароль. Они не проверяют этер. Они проверяют того, кто стоит перед ними. Его сознание и его способ мышления. И пропускают только тех, кто мыслит, как Создатели. Что говорит о том, что сами Создатели, были извне. С мира, откуда приходят Помеченные.

Мне оставалось только слушать и молчать.

— У нас, — Корнелиус продолжал, — был такой как ты. Почти двадцать лет назад. Хороший человек. Умный. Он смог открыть три из семи замков, которые мы нашли на глубине. Три! За пять лет работы. Но седьмой, самый глубокий, его убил. Защитная формация, которую он не смог обойти. Потому что его знаний не хватило. Потому что, — Корнелиус стиснул челюсть, — потому что мы слишком торопились.

Дальше, говори дальше.

— Был ещё один, — сказал Корнелиус тише. — Моложе. Примерно твоего возраста. Пару лет назад мы его нашли в одном из портовых городов. Перспективный. Но… не сложилось. Обстоятельства не позволили.

Он произнёс это ровно, без эмоции, как человек, констатирующий факт. Обстоятельства не позволили. Красиво сказано. Я посмотрел на его лицо, пытаясь разглядеть за этой маской хоть что-нибудь. Узнавание. Подсказку. Намёк на то, что он помнит мальчишку и его дядю.

Ничего. Он не помнил или не связывал. Впрочем, неудивительно, потому что я сильно изменился. И сейчас, Корнелиус Вейран, судя по всему, видел перед собой молодого рунмастера из Шэньлуна, а не беглого подростка, которого пытался запихнуть в клетку отняв от дяди. Он видел то меня давным давно, а изменившийся цвет волос, разные глаза, да и общее взросление, прошедшее через горнило войны сделали своё дело. Для него тот мальчишка сгинул, растворился в Великой Степи, как тысячи других. И это было логично, я сам в зеркале видел совершенно другого человека, не того пухлощёкого парнишку, каким был ранее.