Книга Долг человечества. Том 5, страница 65 – Артем Сластин, Михаил Юрьевич Попов

И третья — мы. Моя маленькая, огрызающаяся на угрозы внешние фракция, в условиях катастрофы ставящая поверх всего жизнь и права людей. Модель кооперации и прагматичного гуманизма, модель, где решения я принимал не из слепой жажды доминации, а ради сохранения лика человечества. Система не просто так присвоила мне ранг Тла'ал, миротворец. Наблюдатели оценили и мой подход, только вот отчего-то говорить со мной не решались.

Леониду было мало убить меня физически. Смысла в этом нет — если он сделает так, суть поисков лучшего из лучших среди нас потеряет всякий смысл, мы просто утонем в крови. Ему нужно было уничтожить меня системно, идеологически, и я сам помог ему в этом. Все, что требовалось от меня — прикончить монстра. Подарив тем самым куче народу другого лидера.

В этом и заключался истинный, пугающий своей расчетливостью смысл той встречи на нашей старой стоянке. Леонид хотел, чтобы я, Миротворец, пришел на мирные переговоры и хладнокровно, коварным ударом в спину прибил человека, не ждущего от меня удара. Как это выглядело бы со стороны ясно, и дальнейшие события тоже спрогнозировать несложно.

Он все сделал для того, чтобы у меня не было другого выбора. И вот я здесь, Барон мертв, да только умер он не от моих рук, и даже не по моему приказу. Его порешила Катя, а от того, кто именно занес удар, зависело и то, что сломать мою политику он не смог.

Если бы я довел начатое до конца, то доказал бы бесстрастный наблюдателям, что под давлением обстоятельств любой гуманизм всего навсего лицемерная ширма, и что человеческая природа неизменно скатывается к убийствам. Я бы потерял свой социальный статус, а Леонид, чья система управления доказала безальтернативную эффективность, стал бы представителем Земли. Ну, не сегодня, а завтра, когда Вячеслав умер бы, а лагерь коммунистов утонул бы в крови во время передела власти.

Но его безупречный спектакль сломался об одну маленькую, неучтенную переменную. О Катю. Моя упрямая, импульсивная заместительница, ведомая лишь личной жаждой мести и желанием подставить плечо своему прихворавшему лидеру, сделала свой ход мимо меня и моего на то дозволения. Убила она марионетку Леонида не по моему приказу, не в рамках дипломатической миссии, а как независимая боевая единица. Руки мои остались чисты, в глазах наблюдателей я не предал своих принципов.

Был чрезвычайно близок к этому, поддавшись на уловки, но не сделал непоправимого.

Теперь, когда правда известна, фигуры на столе, а ставки сделаны, я должен быть в десять раз хитрее и жестче, просчитывать каждое свое действие на много шагов вперед.

— Что мы будем делать со всем этим? — Остановились люди на полпути к долине, на первый привал, и именно Катя вырвала меня из пучины рассуждений, рвущих мою голову.

— Спасем Вячеслава, объединим силы в альянс. — Пояснил я. — Леонид прямо сказал, что убить он нас не может, иначе сам потеряет свое влияние, и в этом нет лжи. Его удел, это строить закулисные игры в попытке разрушить нас изнутри, но у него не выйдет. Мы встретим конец этого полигона на своих правилах, и узнаем, что ждет нас дальше. Меньше месяца еще. Приоритеты не меняются, мы продолжим искать уцелевших и интегрировать их в наше общество. Возможно, кооперация с Коммунистами окажется глубже и активнее, но я пока не могу так далеко заглянуть.