Книга Кодекс Практика: Страница 1, страница 88 – Артем Сластин, Игорь Маревский

Когда расщеп был готов, я вставил в него каменный наконечник. Вошёл он неплотно, болтался. Так не пойдёт.

— Нужно расклинить, — пробормотал я, оглядываясь.

Взгляд снова вернулся к озеру. У самой кромки воды, среди камней, росла какая-то трава. Длинная, узколистная, похожая на осоку, но с более толстыми и мясистыми стеблями. Я подошёл, сорвал пучок, попробовал на прочность. Трава оказалась удивительно крепкой, не рвалась. То, что надо.

Я нарвал целую охапку, вернулся к своему рабочему месту. Теперь предстояла самая сложная часть. Взял немного травы, смял в пучок, растёр на камне в кашицу и вставил в расщеп вместе с наконечником, чтобы зафиксировать камень. Сразу стало лучше, а как подсохнет, будет вообще сидеть намертво.

Оставалось закрепить всё это снаружи, чтобы при ударе наконечник не вылетел. Клея у меня, конечно, не было, но мокрая озерная трава тоже сгодится. Ею же, но уже в несколько слоёв, я туго обмотал верхушку древка прямо поверх расщепа, стараясь, чтобы витки ложились ровно и плотно, а когда заканчивалась одна травинка, под неё заранее подкладывал другую. Когда слой обмотки достиг примерно сантиметра в толщину, я закрепил конец, заправив его под предыдущие витки.

Получилось коряво, но с виду надёжно. Я поднял копьё, взвесил в руке. Тяжеловато, конечно, камень добавил веса, но баланс сохранился, а вес это к лучшему. Теперь это было почти настоящее оружие. Таким и кабану если не брюхо пропорю, то хотя бы отпугну.

Я довольно хмыкнул, любуясь результатом своих трудов. Из поварёнка переквалифицировался в умельца каменного века. Прогресс, етить его. Или скорее регресс? Всё же таинство приготовления сложной пищи появилось значительно позднее чем каменное оружие.

Пора было возвращаться. Солнце уже клонилось к закату, тени стали длиннее, воздух посвежел. Нужно было успеть выйти из леса до темноты. Ночуют в нём пусть только идиоты, а я вроде пока не из их числа. Главное, что я теперь вооружен и при случае смогу хотя бы отпугнуть дикого зверя.

Я подобрал сумку, проверил, на месте ли найденное растение, не отрастило ли ноги, закинул копьё на плечо и двинулся в обратный путь, ориентируясь по засечкам, которые оставлял на деревьях по пути сюда.

Первые полчаса всё шло хорошо. Я уверенно шагал между стволами, то и дело находя знакомые отметины — свежие сколы коры, сделанные топориком. Вот тут я проходил, вот тут сворачивал, обходя заросли колючего кустарника.

А потом засечки внезапно кончились.

Я остановился посреди небольшой полянки, вглядываясь в окружающие деревья. Ни одной отметины. Ничего знакомого. Лес вокруг выглядел совершенно одинаково, те же деревья, те же кусты, тот же мох на стволах. Куда идти?

— Спокойно, — произнёс я вслух, успокаивая сам себя. — Главное, не паниковать. Я не мог далеко уйти. Просто пропустил какую-то отметину, надо вернуться чуть назад.

Я развернулся и пошёл обратно, стараясь ступать по своим же следам. Но я же не следопыт, и вокруг не было снега, где они бы долго сохранялись, а на траве и мху их почти не было видно. Я бродил кругами, всё больше углубляясь в лес и всё сильнее теряя ориентацию.

— Да чтоб тебя! — выругался я, когда в очередной раз вышел к незнакомому оврагу, которого точно не было на пути сюда, уж я бы запомнил.