Книга Бесконечное пламя, страница 54 – Ребекка Росс

Торин ничего не сказал, но краем глаза Джек заметил, что рука лэрда потянулась было к эфесу спрятанного в ножнах меча.

Джек заиграл балладу, которую посвятил постигшей сад напасти. Он пропел деревьям приглашение, пропел им хвалу за то, что они есть. Его мелодия звенела в воздухе, опускаясь на ветви, словно снег, мерцая на коре, словно иней. Он почувствовал, что деревья стали серьезными, их тени на траве удлинились и изогнулись, и они ответили на его зов.

Из ветвей и листьев постепенно воплотилась дева с белым яблоневым цветом в изумрудных волосах. Ее лицо, которое только начало проглядывать в древесном наплыве, было сморщенным, будто от боли.

Джек неотрывно следил за ее перевоплощением и не заметил, как налетел ветер, не почувствовал холода, пока не стало слишком поздно. Северный ветер обрушился на рощу, унося последний вечерний свет. Джек поднял взгляд, чтобы рассмотреть клубившиеся над головой тучи. Начал хлестать дождь.

Джек узнал этот ветер.

— Может, прервешься? – спросил Торин, чувствуя таившуюся за тучами опасность.

Джек задумался об этом, но всего на миг. Ему пришлось задаться вопросом: каким он хочет стать бардом? Станет ли он тем, кто пел наперекор северному ветру? Или падет жертвой страха и покорится желанию Бэйна Губителя, который хочет, чтобы он замолчал навсегда?

Джек рассердился и продолжил играть, все быстрее и быстрее дергая ногтями струны, будто мог переиграть бурю. Но по телу прокатилась странная дрожь. Он почувствовал, как она отдавалась у него в зубах. Предостерегающий гул.

С ним такое уже случалось – на вершине горы с Адайрой, когда он обратился ко всем четырем ветрам, не зная, какова будет цена такой безрассудной храбрости. Когда он одно прекрасное, но в то же время страшное мгновение держал Бэйна в плену.

В тот день музыка чуть не погубила его.

— Остановись, Джек! – закричал Торин, за воем бури его было едва слышно. – Остановись!

Джек и не думал сдаваться, его голос звучал все громче, переплетаясь с ревом урагана. Тучи потемнели, порывы усилились, чуть не поднимая барда в воздух. Дождь бил по лицу и по рукам, но Джек не остановился, не дрогнул, не склонился перед северным ветром.

На миг он испытал внезапное облегчение, несмотря на то что бушующий ураган был устрашающе близок. Если Бэйн был здесь, значит, он не свирепствует на Западе. Возможно, Адайра стоит под ясным небом, наслаждаясь просветом в облаках.

Эта мысль придала Джеку сил, и он продолжил петь саду, но по сравнению с воем северного ветра его голос звучал тихо и слабо. Он сделал глубокий вдох, набрав в грудь воздуха, который оказался холодным, как зимой. Джек играл дальше, хотя пальцы у него начали слабеть.

Колдовство истощало его силу. Он почувствовал волну боли.

«Я зашел слишком далеко», – подумал бард. Но в сумке у него были припасены укрепляющие снадобья Сидры, и он знал, что силы еще остались.

— Джек! Хватит! Прекрати!

Приказ Торина растаял в рокоте бури, а самого его сбило с ног, и лэрду пришлось ухватиться за траву.

Джек видел, как темные тучи у него над головой разорвало вспышкой молнии. Чувствовал, как вокруг шуршат невидимые крылья, будто насмехаясь над ним. Вдруг они пропали, бросив его совсем одного и без всякой защиты. Он был в одном куплете от последнего удара. Джек чувствовал это, слышал треск накалявшейся атмосферы. Волосы у него на руках встали дыбом.