Книга Серый кардинал империи: Путь в чины, страница 246 – Dimash Suleimen

Через минуту он вернулся, сияя: — Барин, Алексей Николаевич, присаживайтесь! Алексей посмотрел на «трон» из шести кирпичей, заботливо обернутых полотняной тряпицей, и не выдержал: — Ну и затейник ты, Ваня. Жёстковато будет, подложи хоть пару книг сверху для мягкости.

К полудню к пристани стали подходить другие суда. Прибывали кандидаты из окрестных уездов, даже из дальних прибрежных районов, хотя тех было совсем немного.

Алексей с товарищами разыскали приморских ребят и пригласили их к своему костру. После недолгих расспросов разговор перешел на главное: как там, на востоке? Что слышно о боях?

Лица приморцев мгновенно посуровели. Один из них, постарше, с горечью произнес: — Беда там. Неприятель нас в бараний рог скрутил. Тысячи наших солдат не могут совладать с жалкой горсткой пиратов! Те нападают внезапно, грабят, жгут — и ищи свищи. Рыбацкие поселки разорены, люди в леса ушли, к морю подходить боятся.

— Как же так? — не поверили городские. — Десять на одного — неужто не сдюжить? У нас же там прославленные генералы, пушки!

Приморцы лишь криво усмехнулись: — Да хоть самого Лукова из могилы подними — с таким войском победы не видать! — Отчего же? Неужто неприятель так страшен?

— Враг хитер, это верно, — ответил один из студентов, сплюнув в воду. — Но главная беда в наших полках. Чуть запахнет порохом — бегут так, что пятки сверкают. Какая уж тут война!

Гнев гневом, а перед длинным экзаменационным днем следовало выспаться.

Июньская жара не давала вздохнуть, поэтому большинство соискателей расстелили рогожи прямо на досках пристани. Лишь немногие, не привыкшие к такому спартанскому быту, предпочли духоту кают. Среди них был и Алексей.

Около четырех часов утра тишину прорезал зычный крик: — Экзаменующиеся, подъем! Выходим!

Толпа мгновенно ожила. Люди вскакивали, расталкивали спящих товарищей, в темноте пытались нащупать сапоги и одежду. Началась невообразимая сутолока.

На фоне этой неразберихи Алексей выглядел на редкость собранным. В каюте горела лампа, Ваня, верный своему обету стать лучшим слугой, уже подготовил воду для умывания и чистый костюм. Алексей не спеша привел себя в порядок, плотно позавтракал и лишь тогда сошел на берег.

Снаружи его сверстники являли собой жалкое зрелище: многие не успели застегнуть сюртуки, кто-то и вовсе бежал босиком, не найдя обуви в темноте. Они уныло плелись вслед за проводниками, причитая: «Дурной знак, ох, дурной знак…»

Под звездным небом, в кромешной тьме, Алексей шел в общем потоке. Через четверть часа их отряд столкнулся с другой группой кандидатов, и две людские реки слились в одну. Еще полчаса пути — и они оказались на огромной площади перед зданием учебного округа. Народу здесь скопилось видимо-невидимо — Алексей прикинул, что никак не меньше пяти тысяч человек.

Началась перекличка. Как и на предварительных испытаниях, глашатаи поднимали фонари с названиями уездов, собирая людей в группы для захода в здание.

Нашим не повезло: их уезд шел восьмым в списке. Судя по темпам, ждать своей очереди им предстояло не меньше часа. В этот момент к ним подошел мелкий чиновник в форменном сюртуке и вкрадчиво произнес: — Господа, за один рубль можно пройти без очереди.

Цена была кусачей, и многие студенты поникли. Чиновник явно на это и рассчитывал: привилегия должна стоить дорого, иначе она перестает быть привилегией. Богатые потянулись за кошельками, а бедные студенты лишь завистливо вздыхали, проклиная судьбу за отсутствие состоятельных родителей.