Книга Адептка вне закона, или как спастись от ректора!, страница 4 – Анастасия Смирнова

Аудитория мгновенно затихла. Слышно было даже, как жужжит сонная муха у окна.

Ректор подошёл к кафедре, опёрся на неё ладонями и медленно, очень медленно обвёл взглядом присутствующих. Мне показалось, что его глаза цвета предгрозового неба на секунду задержались на нашей галерее. Я поглубже втянула голову в плечи.

— Доброе утро, адепты, — произнёс он, и от его тихого, бархатного голоса по аудитории прокатилась волна ментального давления. — Прежде чем мы начнём тему «Защита от стихийных проклятий», у меня есть объявление. Сегодня ночью в архив академии проник вор.

По залу пронёсся удивлённый шёпот.

— Нарушитель, — продолжил Рейн, и его губы тронула ледяная, пугающая улыбка, — оказался весьма... изобретательным и использовал против меня состав, крайне напоминающий испорченное зелье скрытности, которое вчера на практическом занятии варила одна из присутствующих здесь групп.

Моё сердце пропустило удар. Он сужает круг подозреваемых. Нас на потоке всего тридцать человек!

— Я не буду устраивать повальный обыск, — ректор неспешно пошёл вдоль рядов, заложив руки за спину. — В этом нет нужды. Вор оставил след. Специфическая болотная магия въедается в ауру минимум на двадцать четыре часа. И никакие маскирующие заклинания или... лавандовое мыло, — он вдруг остановился прямо напротив нашего ряда, — её не скроют.

Он поднял голову и посмотрел прямо на меня. Прямо сквозь широкую спину орка.

— Адептка Веспер, — негромко произнёс он, но этот голос прозвучал для меня как смертный приговор. — Будьте так добры, спуститесь к кафедре. Нам нужно обсудить ваши... ночные прогулки.

Почти тридцать пар глаз уставились на меня с разной степенью сочувствия и злорадства. Полукровка-орк Грог деликатно отшатнулся в сторону, лишая меня последнего укрытия, а Ирис сжала мою ладонь под столом с такой силой, что я едва не взвыла.

«Если меня казнят, похороните меня в красивом платье», — мысленно передала я подруге и, сделав глубокий вдох, поднялась с места.

Каждая ступенька вниз давалась мне с трудом. Я мысленно проверяла, плотно ли прилегают к запястьям и бёдрам артефакты-накопители. Если Рейн решит просканировать меня прямо сейчас, при всех... Что ж, тогда лавандовое мыло покажется мне меньшей из проблем.

Я остановилась у преподавательской кафедры, силой заставив себя расправить плечи и посмотреть ректору прямо в глаза. Вблизи он казался ещё выше, а его магия ощущалась как тяжёлое грозовое облако, зависшее над самой головой.

— Вы вызывали меня, магистр Рейн? — мой голос прозвучал на удивление ровно. Академия определённо теряла во мне великую актрису.

— Вызывал, адептка Веспер, — ректор медленно обошёл кафедру и остановился в полушаге от меня. Нарушение личных границ как способ психологического давления — его любимый трюк. — Скажите, как вам спалось этой ночью? Сны не тревожили?

— О, исключительно кошмары, магистр, — я сокрушённо вздохнула. — Знаете, эти ужасные сны, где ты пытаешься сварить идеальное зелье скрытности, а получается... болотная жижа. Прямо как на вчерашней лабораторной. До сих пор кажется, что этот кошмарный запах преследует меня повсюду. Пришлось утром вылить на себя полфлакона лавандовой эссенции, чтобы не пугать сокурсников.

По аудитории пронёсся тихий смешок. Рейн слегка прищурился, и искра фиолетового пламени на его пальцах вспыхнула ярче. Он прекрасно понял, что я только что изящно выкрутилась, выдав его «главную улику» за простое совпадение.