Книга Формула любви для ректора, страница 65 – Ханна Леншер

Эйдан кивнул.

— Нам срочно нужно вычислить крысу, пока нет жертв. Наверняка это кто-то из преподавателей.

— Переведи всю стражу на круглосуточное патрулирование подземелий и контрольных точек, — приказал я, поднимаясь из-за стола. Внутри все закипало и бежало по венам кипятком. — Никого не впускать без моего приказа... или твоего. Сам же займусь перехватом информации. Если это сговор, то они должны обмениваться данными. А значит, я их поймаю!

В тот же вечер я нарушил закон и активировал запрещенные для гражданских плетения слежения. Матрицы тотального контроля, которые военная разведка использовала для перехвата сообщений. Накрыв академию куполом-глушилкой, дублировавшим все магические потоки, проходящие через стены заведения, я перенаправлял их копии в фокусирующий кристалл.

Это было невероятно сложно для моего резерва, ведь обычно этим занимается не один человек. И пусть я дракон и с запасом артефактов-накопителей, все равно сил хватало только впритык. А еще я занимался попранием академических свобод. Магистры бы подняли восстание, узнай они об этом. Но мне было плевать. На кону стояла моя жизнь и безопасность студентов.

Несколько суток я отслеживал активность, надеясь, что заговорщики достаточно тупы, чтобы не использовать серьезные шифры.

И наконец, в субботу утром кристалл на моем столе вспыхнул тревожным, багровым светом.

Я поймал письмо, зашифрованное сложным многоступенчатым кодом, и уходившее за пределы академии. Адресат был скрыт, но структура плетения явно указывала на дворец. Донесение шло напрямую к людям из окружения советника короля — моего главного врага и инициатора этой ссылки.

Мои пальцы летали над кристаллом, взламывая шифр. Это заняло около получаса напряженной работы на грани магического истощения, но я все равно не смог разгадать его самостоятельно. Пришлось подключать Тенебриса и Ланарита, они, в свою очередь, связали меня с департаментом. Один из инспекторов, Арканис Ксантир, в обход прямых обязанностей, бросил на решение моей проблемы целый отдел теоретиков.

И к вечеру последний защитный контур иллюзии пал, передо мной в воздухе развернулась мерцающая копия документа.

Письмо содержало детальный, пошаговый анализ уязвимостей новых защитных куполов академии. В нем математически обосновывалось, как именно и в какой последовательности нужно перегружать накопители маны, чтобы вызвать каскадный резонанс и взрыв стен защиты. Это была идеальная инструкция… для диверсантов.

Еще читая, я понимал, чью руку чувствую в этом плане, но гнал от себя эти мысли. Но это не помогло, в конце документа имелась приписка об авторе, и что она готова вступить в число заговорщиков.

Лилиан Роузвейл.

Мир покачнулся.

Отшатнувшись от стола, я схватился за голову, по ощущениям меня ударили в грудь кувалдой или переехали поездом. Весь воздух вышибло из легких. Я уперся руками в подоконник, тяжело дыша, чувствуя, как стены сужаются, грозя раздавить меня.

Лили. Моя язвительная, гордая Лилиан. Девушка, стонавшая подо мной на этом диване и сидевшая рядом по ночам в архиве.

Она — часть заговора и планирует убрать меня.

Пазл в голове сложился с пугающей ясностью. Глухой рык вырвался из моего горла, и не сдержавшись я ударил кулаком по стене, разбив костяшки до крови.