Книга Его отец. Выжить после развода, страница 119 – Виктория Волкова

В этот момент раздается выстрел.

— Соня! В сторону! — успевает крикнуть Женя. Выбивает пистолет у сына.

Но поздно.

Замираю на месте, цепенея от ужаса. Что-то тяжелое опаляет мне плечо. Боль разливается по всему телу. А в глазах темнеет.

— Соня! Любимая! — кидаюсь к жене.

Она лежит без сознания. И мне кажется, даже не дышит. А на плече разливается красным маковым маревом рана.

«Место, вроде, менее травматичное. Пуля должна застрять в мягких тканях», — успеваю подумать. Срываю майку, затыкаю рану. Держу крепче.

Сколько там той крови у роднули! Маленькая она у меня. Хрупкая.

— Соня? Любимая? — глумливо стебется за моей спиной Славка. — Ты, выходит, подженился на моей бывшей, старый?

Даже не удостаиваю ответа.

Услышав выстрел, в дом врывается охрана. Скручивает моего сына и его крысу. Кладут на пол. А я подхватываю на руки Соню.

— Тачка где? Нужно быстрее в больницу.

— А с этими что? — кивает один из охранников на связанных на полу бандитов.

— Расстреляйте и закопайте в лесу, — бросаю сгоряча. Сейчас точно, если бы не Соня, удушил бы козла. Даже не посмотрел бы, что это мой сын. И тварь эту Карину раздавил бы.

— Нет! Папа! Не надо! — вопит в панике Слава.

— Это ваш сын? — в ужасе смотрит на меня охрана.

— Нет, однофамилец. Вызывайте полицию, — выдыхаю я. Несу Соню к дверям.

— Евгений Николаевич, мы можем сами перевязать, — подает голос один из парней. Везти сейчас рискованно. Лучше дождаться скорую. Я уже вызвал…

Парень прав. Это я перепсиховал!

— Как тебя зовут? — укладываю Соню на диван в гостиной. — Медицинское образование есть?

— Егор. Фельдшер тактической медицины, — докладывает молодой русый парнишка.

— Тогда давай. Помоги ей, — цежу сквозь зубы.

Вернувшись в кухню, подхожу почти вплотную к сыну. Сажусь рядом на корточки.

— Что тобой движет, гнусь? — приподнимаю голову за волосы.

— Пусти! Больно! Ты — урод! — визжит он, как парась, которого ведут на убой. — Ты все равно ничего не докажешь! Каринка — мой свидетель. Она покажет, что это ты в Соньку стрелял. Ты, урод!

— Твоя подельница пойдет как соучастник по статье о вооруженном нападении. Ты — как главарь банды, она — как исполнитель. ОПГ налицо. Плюс мошенничество в особо крупных. Сядете оба лет на десять.

— Хорошо. Что ты предлагаешь? Давай, излагай, пока не приехала полиция! — внаглую таращится на меня Славка.

— Ничего, — отбрасываю его башку, как мячик. — Я не сотрудничаю с тварями. А если с Соней что-то случится, — бросаю медленно. — То я тебя и на зоне достану, ублюдок. Достану и грохну. Ты понял…

— Да, папа. Да. Я не хотел, — лепечет с пола уродец, которого породил я лично. Но я не Тарас Бульба. Убивать никого не стану. Руки марать неохота и новый срок поднимать тоже.

— Евгений Николаевич! — окликает меня Егор. — Подойдите, пожалуйста.

Со всех ног бегу к Соне.

Всматриваюсь в бледное личико, не сразу, но замечаю трепещущие веки.

— Она приходит в себя, — улыбается Егор.

— Слава богу! — падаю рядом на колени. Слышу шум сирен и усмехаюсь невесело. Так я и не успел воспользоваться тайником. Заклинил механизм. А потом Соня про «известковый мед» прокричала. Я тогда сразу понял, кто к нам пожаловал.

— Оба-на! У нас убой, что ли?

— Нападение с огнестрелом. Покушение на господина Боброва. Ранена его жена, — слышу в холле голос Кольцова. И выдыхаю. Все. Теперь мои сами справятся. А я нужен любимой.