Книга Его отец. Выжить после развода, страница 117 – Виктория Волкова

«Твою ж мать! И как я такое одобрил?» — улыбаюсь, как нашкодивший пацан. Поднимаю глаза к потолку и реально схожу с ума от открывшейся картины. Рыжие Сонины волосы, белое кружево и необузданная любовная скачка.

Красиво! Будь я художником…

«А что тебе мешает, Катран?» — спрашиваю сам себя. Всегда можно попробовать себя в новом деле.

«Сперва нарисую Соню», — увеличиваю ритм. И с последним глубоким толчком изливаюсь внутрь.

Кружево, Сонины бедра — все мокрое.

— Хочу тебя нарисовать, — падаю рядом.

— Рисуй сколько хочешь! — позволяет сонно жена, выплывая из неги, удобно устраивается у меня на груди и засыпает.

Обнимаю любимую женщину и повторяю мысленно.

Жена. Моя жена.

И даже не знаю, что зашкаливает больше — радость обладания или груз ответственности.

«А как дети пойдут!» — представляю Соню беременной. И выдыхаю с облегчением. — «Нам еще рано. Есть Даша. Хочется пожить для себя. Повезти семью в Дубай и на Мальдивы. А года через два или три можно будет подумать о маленьком спиногрызике».

Проваливаюсь в сон, и только в последний момент до меня доходит. Я так и не позвонил матери и не спросил о правах. Баклан, блин!

Утром я просыпаюсь от мягкого проникновения.

— Женя, — распахиваю глаза.

— Прости, не могу удержаться. Ты такая мокрая и нежная, — шепчет он, задавая ритм. Стараюсь не отставать.

Улетаю вместе с любимым. Прислушиваюсь к себе и понимаю, как же мне нравится так просыпаться по утрам. Нежиться с мужем, заниматься любовью…

— Нас Даша ждет, — выдыхаю, придя в себя от бешеной гонки.

— Полежи, я первый в душ, — целует меня Женя. Ласково сминает мои припухшие от постоянных поцелуев губы, быстро поднимается и уходит.

А я гляжу на себя в зеркальное отражение на потолке и любуюсь. Красивая я все-таки. И волосы рыжие. Обалденно на подушке смотрятся.

— Сонь, иди, — командует Бобров. Лишь на минуту плюхается рядом и тоже смотрит на отражение. — Как хорошо, что я дизайнеру заказал зеркальный потолок, — чмокает меня в щеку. И подорвавшись с места, велит. — Собирайся. Я пока приготовлю завтрак.

«Повезло. Просто повезло», — думаю, вступая под душ. Как бы я жила, если бы не Женя? Что бы со мной и с Дашей было, если бы он нахально не вторгся в мою жизнь? Ах да! Это я к нему приперлась и потребовала дом подарить.

Простая…

Наскоро привожу себя в порядок. Надеваю джинсы и тунику, которую мне подарила Алена. На белом фоне расшиты ржаные колосья. Точь-в-точь совпадающие с цветом моих волос.

— Увидела и не удержалась, — вручила она вчера мне подарок.

— Ты меня решила окончательно свести с ума, — стоит мне только войти в кухню, как Женя оказывается рядом. — Видимо, я в прошлой жизни сделал что-то нереально полезное, раз мне ты досталась.

Лезет целоваться, взмахом руки указывает на стол. А там уже расставлены закуски с нашего свадебного фуршета. На сковороде шипит яичница с оранжевыми глазками желтков. А в вазе красуются три чайных розы.

— Цветы? Откуда? — кидаюсь к ним. Вдыхаю аромат и не могу насмотреться на красоту.

— Да я во двор вышел, срезал, — кивает он на окно, за которым виднеется розовый куст. — Все цветы для тебя… Когда мы еще сюда вернемся, — пожимает плечами Бобров и добавляет поспешно. — Садись за стол, роднуля. Буду тебя кормить.

Завтрак. Обычный простой завтрак в умелых руках моего мужа превращается в новое эротическое действо. Сначала он предлагает съесть на двоих дольку огурца и затыкает мне рот поцелуем. Кормит с ложечки мудреным паштетом. А на десерт достает из холодильника клубнику. Обмакивает ягоду в сливки, подносит ее к моему рту, а затем слизывает с перепачканных губ остатки красного сока и сливок.