Книга Восточная сказка, страница 68 – Виктория Волкова

Пашка возвращается обратно не один. Вслед за ним вваливается в кабинет Саид Алимов, отец одного из одноруких вурдалаков.

— Гера-а, - ноет с порога. – Ну что за беспредел? Руку сломал, так еще и денег просишь!

— Не прошу, а требую, Саид.

— Твой сын меня обидел, - говорю спокойно. И сам себя ругаю за ошибочность суждений. Плохо знаю эту публику. Это мы привыкли вгрызаться противнику в глотку, а в случае неудачи самим зализывать раны. Никого не просили ни о чем. Никому не жаловались. И не подставляли никого. А эти… другое поколение. Дети Миллениума… мать их.

— Какую-то девочку вы с ним не поделили, - презрительно бурчит коренастый седой мужчина, без приглашения усаживаясь напротив меня.

— Ошибаешься, уважаемый, - перебиваю неспешно. – Он полез к моей невесте. Может, не подумал твой сын, не знаю. Но ты бы, Саид, на моем месте поступил так же.

— Гера-а, дорогой. Ну разве мы будем из-за какой-то девчонки ссориться? Свои же люди. А девок этих…

— Ты сейчас говоришь о моей будущей жене, Саид, - предупреждаю я.

— И когда же свадьба? – надувшись, спрашивает он.

— Собираемся в начале февраля пожениться. Но Алина хочет религиозную церемонию. А я не знаю, с какого бока к вашему мулле подступиться.

— Она мусульманка? – порывисто бросает старший Алимов.

— Да, - киваю я. – Поэтому нам придется и под хупой постоять, и никах заключить.

— Я позвоню мулле, - нехотя замечает Саид. – Встретьтесь с ним вместе с невестой. Если она хорошо знает Коран и  соблюдает основные наши адаты, то я беспрекословно выплачу деньги. И сына накажу. Приставать к порядочной девушке - это семью позорить. Одного не пойму, Гера, - вздыхает он, поднимаясь.

Вопросительно смотрю на него, ожидая продолжения.

— И почему ты этому ишаку сломал только одну руку!

— Саид, - останавливаю Алимова. – Я хотел бы как можно скорее жениться на Алине. Если сможешь посодействовать, прощу долг.

— Благодарю, друг, - Саид разворачивается ко мне, улыбаясь. - Мы поняли друг друга. А это главное. Дари девочке махр. Покупай себе новый костюм, а ей – красивое платье. Ближайшая дата – ваша.

— Спасибо, - киваю я. – Но вот только вопрос с твоим сыном мне придется решить кардинально.

— Что такое? – пугается Алимов.

— В «Империале» он нежеланный гость. Абонемент уже аннулирован. Новый мы ему не продадим. Без обид, - развожу руками.

— А-а, - вздыхает Саид. – Ему уже без надобности. Завтра отправлю в аул. Пусть там коз пасет.

Проводив Алимова до двери клуба, возвращаюсь в Пашкин кабинет и, открыв записи с камер наблюдения, напряженно всматриваюсь в экран, поделенный на несколько квадратов. Внимательно смотрю в мелькающие на быстрой перемотке кадры. Чувствую, как рядом сопит Пашка. В четыре глаза мы точно ничего не пропустим.

— Гляди! Гляди! – орет мне прямо в ухо. Отмахиваюсь, как от комара. И отмотав назад, включаю обычную скорость. С камеры, установленной над входными дверями, хорошо просматривается стойка регистрации. Диана манерно разговаривает с каким-то престарелым клиентом. И явно клеит его. А плешивый солидол уже распушил хвост. Почувствовал себя героем.

— Вот только за это ее можно турнуть, Паша. У нас тут не дом свиданий…

— Она вроде Алишеру нравится, - вздыхает он.

— Ему все нравятся, - отрезаю я. Естественно, клубом я не владею единолично. Тут у нас тройственный союз. Я, Пашка и Алишер. Но я думаю, в подобной ситуации Алишер возражать не должен. А у Павлентия и так рыльце в пушку. Не уследил, гаденыш!