Книга Только одна ночь. Ошибка прокурора, страница 37 – Виктория Волкова

— Тогда вперед, — решаю, забирая у нее сумки. — Чапу держи, — специально называю собаку новым именем. Пусть привыкает. Мой бывший тезка тоже.

— Входи, детка, — открывает кованую калитку Сарычев. Пропускает меня вперед, а сам забирает у водителя мою сумку и ноутбук.

Прижав к себе трясущегося от страха щенка, делаю шаг внутрь. И сама не лучше, только вида не подаю.

— Здесь комфортная обстановочка. Тебе понравится. И с ребенком будет управляться легче, — басит сзади Феликс. Ставит мои сумки и свой портфель на крыльцо. Включает освещение. Уютный двор, вымощенный узорчатой тротуарной плиткой, заливается мягким светом.

— Красиво, — выдыхаю восхищенно и кручу головой по сторонам.

Около гаража стоит тот самый серебристый внедорожник, который я видела возле торгового центра.

«Это что же получается? Феликс знаком с идеальной семьей?» — размышляю, цепляясь взглядом за кусты роз и качели.

— Такие дома только в кино показывают, — задрав голову, рассматриваю фасад дома, украшенный лепниной. По углу, рядом с водосточной трубой, вьется виноград. А на крыше примостился флюгер с петушком.

— Пойдем, я тебе все покажу, — берет меня за руку Феликс. — А ты, Чапа, иди сюда, — мягко забирает у меня собаку. — А то дернешься, Лару напугаешь, и потом получишь по попе.

— Что? — поднимаю глаза в ужасе. Сарычев — наглый тип. Уже моего пса присвоил, переименовал и грозит наказать.

— Это я так… для острастки, — поясняет поспешно Феликс. Но у меня почему-то в одночасье портится настроение.

«Сначала собаку замордует, а потом и меня», — проскакивает в голове ужасающая догадка. Надо возмутиться, сказать, что устала. Но послушно иду рядом. И сама себя ругаю. Ни гордости, ни характера. Мямля самая настоящая. Велено идти рядом, я и иду.

И ойкаю как дурочка, когда перед нами на дорожке загораются большие круглые шары. Освещают темные деревья, беседку и качели. А дальше небольшой забор, а за ним мостки.

«Всего лишь датчики движения, а ты от изумления рот раскрыла!» — ругаю саму себя.

— Вот, гляди, Лара, — машет рукой Феликс. — Наш собственный пирс. Лодку, говорят, еще надо. Но мне пока не хочется.

— Тогда не покупайте, — пожимаю плечами. Вдыхаю свежий воздух и улыбаюсь безотчетно. Нравится мне здесь. Даже Феликс дома мягче кажется. Будто сбросил начальственную шкурку и поменял маску на добродушного усталого парня.

Но он действительно устал на работе. Еще и со мной нянчился. Домой к себе привез не раздумывая. И дом красивый. Только чужой для меня. И Сарычев — посторонний. Я на Розе встречалась с совершенно другим человеком.

— Пойдем в дом, ты замерзла, — решает Сарычев. Легонько касается моего предплечья, возвращая в действительность. Все такой же начальник. Вот как с таким жить?

«Погоди, — останавливаю себя. — С какой стати жить вместе? Замуж от тебя не звал. В любви не признавался. Да и нет ее, никакой любви. Общий ребенок, и все. Больше нас ничего не связывает».

— Я бы еще погуляла, — вдыхаю теплый вечерний воздух. — Так хорошо на улице. Даже заходить не хочется. А вы…

— Можно тебя попросить об одном одолжении, малыш? — хмурится Феликс. Придерживает под животик пса, болтающегося у него на руке. И смотрит на меня внимательно.

— Что? — поднимаю глаза. И даже представить не могу, о чем меня может попросить Сарычев. Он же ничего никогда не спрашивает. Просто приходит и берет все, что вздумается.