Книга Обожженные изменой. Право на семью, страница 120 – Виктория Волкова

«Господи, только не это!» - заламываю руки. Напряженно смотрю на мужа.

— Да, бро, - лениво тянет он в трубку и неожиданно подбирается весь. – Да, мы дома. Хорошо. Давайте. Ждем.

— Что случилось? – пытаюсь отогнать прочь глупые думки. – Степа, говори. Не молчи. Пожалуйста!

Тугая пружина страха и отчаяния скручивает мое нутро, заставляет согнуться в три погибели.

— Что-то случилось с папой. Что? Все плохо?

— Нет, Ира. С папой все в порядке. А твоя мама. С ней тоже все хорошо, - обнимает меня Степан. Гладит по спине. Порывисто стискивает меня. Кажется, еще чуть-чуть и кости хрустнут.

— Что? – смотрю на мужа не понимающе. – Ты о чем, Степа?

— Она нашлась, Ира. Борис с Николаем Ивановичем едут к нам. Везут ее к нам, - нервно сглатывает он.

— Нашлась? – распахиваю глаза и поверить не могу. Как нашлась? Где была? И почему никак не давала о себе знать все эти годы?

Полно вопросов. Но главное, мама жива! И я увижу ее. Уже скоро.

— Твой брат отыскал ее в Реджистане. Привез в Москву. Сейчас из аэропорта они едут сюда, - усадив меня на кровать, словно маленькой объясняет Криницкий.

— А папа? – поднимаю взгляд полный тревоги.

— Встречал их в аэропорту, -во все тридцать два улыбается мне муж. И пожимает плечами. Дескать, неужели может быть иначе.

— О, господи! Мама едет! – подскакиваю с места. – Надо Никулика покормить. Она захочет на него посмотреть… И переодеться надо…

— Оставайся в этом платье. Ты такая красивая, - поднимается следом муж и снова я оказываюсь в его объятиях. Смеюсь и плачу одновременно. Мама нашлась. Моя мама!

С Никуликом на руках и в обнимку с мужем я стою у лестничного окна, выходящего на подъездную дорогу к нашему дому. Вглядываюсь в темноту. И все жду, когда мелькнет фарами Крузак брата. Но вместо одинокого серого автомобиля к нам несется целая кавалькада. Машин десять… Или я ошибаюсь.

— Что происходит, Степа? – поворачиваюсь к мужу.

— Ну не иначе нашу бедную избу соблаговолила посетить царская особа. Сам император… - ерничает Криницкий. Но на автомате нажимает на вызов охраны.

— Что происходит, мать вашу? – рычит в трубку.

— Да они обошли нас как стоячих! Едут к вам, - орет в трубку Сохнов. – Степа, я вообще ничего не понимаю!

— Ира, быстро к себе, - командует муж. И тут же на лестнице слышатся обрывки разговора. Кто-то из наших парней спрашивает, но его перебивает низкий гортанный голос.

— Твою мать, - ощерившись, цедит Степан. – Ира, идем. Быстро.

Вместе с мужем бегу по лестнице. Влетаю в спальню и перевожу дух.

— На нас опять напали? – сверлю мужа испытующим взглядом.

— Я вообще ничего не понимаю, Ира! – огрызается он, запирая двери и опуская металлическую решетку. У этой комната имеет несколько степеней защиты. Все стены капитальные, окна пуленепробиваемые. На несколько дней осады продуктов хватит. Нападение на нас в «Милане» не прошло бесследно. Криницкий сделал выводы и превратил наш дом в самую настоящую крепость.

— Похоже кто-то взломал телефон твоего брата и проник на территорию, - словно выплевывает каждое слово муж.

— Наверное, - тяну горестно. Улегшись с сыном на постель, задумчиво глажу маленькие ножки и ручки. А сама пытаюсь взять себя в руки.

На что я надеялась, когда поверила в откровенную лажу. Ну какая мама? Если б она была жива, давно бы дала о себе знать. Давно! Это вранье все. Никого не нашел Борька. Сам бы не сгинул в этом Реджистане. Понесла его туда нелегкая!