Книга Нина. Ожог сердца, страница 7 – Виктория Волкова

— Вот и хорошо, — выдыхает мне в ухо муж, и я прохожу на регистрацию.

Потом мы долго стоим у распахнутых дверей, которые почему-то называют воротами. И все не можем проститься. Болтаем ни о чем. И когда уже объявляют об окончании регистрации, тяжело и нервно прощаемся. Словно по живому отрываемся друг от друга.

Целую наспех мужа и сына.

— Не балуйтесь без меня! — шутливо грожу пальцем и неожиданно оказываюсь в крепком захвате Колиных рук. Коля прижимает меня к себе и целует крепенько.

— Хмм… — кашляет рядом служитель аэропорта. — Посадка заканчивается.

— Беги, Ниночка, — неохотно отпускает меня муж.

— Пока, родненькие! — несусь в закрывающиеся ворота. Быстро прохожу контроль и падаю в кресло рядом с Маней.

— Ну, вы прям, как новобрачные, — заливисто смеется она. И я впервые в ее голосе отчетливо слышу нотки потаенной зависти.

«Показалось, наверное, — отбрасываю прочь глупые подозрения. — Мы же с Маней с универа дружим. Я ее к нам в фирму на работу устроила. Нет же, кроме благодарности она ко мне ничего другого не должна испытывать. Это я вся на нервах. Вот и мерещится не пойми что!»

— А где шеф? — оглядываюсь по сторонам.

— Ну, где? — фыркает Маня. — В бар пошел. Навязался на нашу голову. Я так поняла, он за тобой решил прихлестнуть, — заговорщицки шепчет мне на ухо.

— С ума сошла? — выдыхаю, отпрянув. — Я столько не выпью!

— А сколько выпьете, Ниночка? — слышится рядом льстивый голос Беляша. — Я в дьюти-фри коньячок французский прихватил, закусон, и стаканчики, — кивает он на бутылку Отарда, нарезку салями в вакуумной упаковке и одноразовое бумажное безобразие. — Давайте выпьем за удачу! Пусть нам обломится самый выгодный контракт.

«Начинается!» — мысленно закатываю глаза. И совершенно не представляю, как можно распивать алкоголь на лавочке в аэропорту.

— Я не пью, простите, — роняю вежливо и поднимаюсь с места. — Пойду в дьюти-фри зайду. Таблерон хочу купить.

— Ой, Зорина, — причитает шеф, усаживаясь на мое место. — Отрываешься от коллектива.

— Да пусть идет, Димочка, — принимая из рук гендира бумажный стакан, нежно воркует Маня. — Мы и сами душевно посидим. А Нинок развеется. А то ее майор дальше порога не отпускает.

— Подполковник, — огрызаюсь на автомате. Ухожу. А в спину бьет глумливый голос Беляша.

— У-тю-тю, какие мы строгие!

Больше всего в жизни я терпеть не могу состояния неопределенности, когда болтаешься как цветок в проруби. Не люблю ждать. Как по мне, догонять лучше. Видишь цель, идешь к ней.

Бесцельно шатаюсь по дьюти-фри. Лениво разглядываю косметику и духи. Выбираю себе новую тушь, а Коле — мужской парфюм от Диор. Такой запах классный! Сама бы им душилась. Мужу должно понравиться. У нас с ним вкусы сходятся.

Бреду дальше. Настроение никакое. Злюсь на Маню, Беляша, а еще больше на себя. На свою дурацкую безалаберность. Почему не удосужилась поинтересоваться, кто со мной летит? Звезда, блин.

Цепляю мимоходом Таблерон. Настоящий швейцарский, с мелко рублеными орехами. Как я люблю. Прихватываю коробочку леденцов для полета и аккуратно выглядываю в окно.

Коллеги продолжают выпивать. Маня уже готова, кажется! Я не вижу ее лица. Но подруга явно на что-то соглашается. А Беляш ей еще подливает. Выскочить бы. Пресечь. Но у меня же покупки неоплаченные! Пока сейчас очередь отстою, Маня в дрова развезет.