Книга Нина. Ожог сердца, страница 50 – Виктория Волкова

— Я решил тебя подарить, — выплевывает каждое слово Гуфар. Весь такой совершенный до омерзения. Красивая внешность, одежда, богатый дом. Только сам как живой труп. С мертвыми глазами и чванливой маской, застывшей на лице.

— Что? Как подарить? По какому праву?! — подскочив на ноги, выкрикиваю в ужасе. И тут же получаю от охраны сильный пинок в спину.

Падаю на пол, больно ударяясь.

— На колени, тварь, — цедит, усмехаясь, Гуфар. — И не смей поднимать на меня глаз. Ты недостойна смотреть на уважаемых людей. Твое место под ногами, или между ног. Ты — просто вещь, Нина. И я, как твой хозяин, хочу от тебя избавиться. Мне самому ты без надобности.

— Вы сошли с ума, — шепчу, не сдержавшись. И тут же получаю итальянским ботинком по ребрам.

— Заткнись, — цедит Гуфар. — Ты принадлежишь мне. Захочу, тебя изобьют до смерти. Или сам застрелю. И мне ничего за это не будет. Поняла, ничтожество?

Действительно, я полностью в его власти. Убьет и никто не заметит. Вот только я не понимаю причину ненависти.

— Что я вам сделала? — всхлипываю, пытаясь унять беспредельное отчаяние, окутывающее меня с головой.

— Ты посмела пренебречь моим отцом. Такое не прощается, тварь. Теперь твоя жизнь стоит не больше использованного презерватива. Попробуй осознать этот прекрасный факт.

— Вы не имеете права, — шепчу, все еще цепляясь за здравый смысл. Средневековье какое-то! Я — свободный человек. Замужняя женщина. И если не захотела принять ухаживания другого мужчины, то это мое право.

— Я — твой господин. И чем скорее ты это поймешь, тем для тебя лучше. Своим непослушанием порку ты уже заслужила…

— Мой муж тебя найдет, сука! — выкрикиваю в ярости.

— Нет, он уже уехал, Нина, — лениво роняет Гуфар и бьет меня ногой. А потом, схватив через платок за волосы, тянет к креслу. Садится сам и, не отпуская, снова бьет куда попало. Пытаюсь вырваться или свернуться в клубок, но Гуфар пресекает мои попытки. Лишь тянет назад за волосы и смеется мне в лицо. — Твой муж искал тебя. Честно искал. Только в другом месте. Не нашел, ясное дело. А мы ему помогали. Семейство Диндар выделило в помощь людей и средства. Но все безрезультатно, как ты понимаешь.

Тихий злорадный смех оглушает словно набат. Гуфар — сумасшедший! Но от этой догадки мне не легче.

— Про Николая и прежнюю жизнь забудь. Ты туда никогда не вернешься. Лучше думай о своем месте под ногами Диндара. Я решил подарить тебя дяде. Младшему брату моего отца. Больше всего на свете он любит пустыню, верблюдов и женщин. Заметь, в такой последовательности, — ухмыляется Гуфар, обхватывая рукой мое лицо.

Тонкие холеные пальцы больно впиваются в кожу, уходят куда-то под скулы. Не могу ни головой повернуть, ни рта раскрыть.

А еще тошнотворный запах парфюма! Никогда не думала, что французские ароматы могут давать такую вонь.

С ужасом смотрю на своего похитителя. И все еще не верю, что он настроен серьезно. Так не бывает.

Мне же домой нужно! К мужу и детям!

Мозг словно сопротивляется нахлынувшей информации. Тормозит, не в силах переработать. Коля приезжал! Искал меня! Но не нашел, и не найдет никогда. Ужасная правда бьет по нервам, будто оголенный провод приложили.

— Отпустите меня, — выдыхаю с трудом. — Пожалуйста-а!

И снова получаю удар ногой.