Книга Искатель 19, страница 70 – Сергей Шиленко

Ростом под три метра, она возвышалась надо мной, как ожившая божественная статуя. Каждое перо на ослепительно-белых, сложенных за спиной крыльях казалось выкованным из чистого света. Точно такой же свет исходил и от неё самой, мягко просвечивая сквозь простое белое платье, ниспадающее до изящных щиколоток. Она шла босиком по сочной изумрудной траве, и мне на секунду показалось, что стебельки сами тянутся к её ступням, стремясь прикоснуться к божеству.

— Отец первой дриады, рождённой на Валиноре, — произнесла она. Её голос слегка дрожал, переливаясь, словно звон хрустальных бокалов, и резонировал где-то у меня в груди, отдаваясь лёгкой вибрацией. — Муж Безымянной… и Чужак, пришедший из места, которое кажется мне поистине фантастическим.

Я растерянно огляделся. Идеальный сказочный сад вокруг нас в точности повторял неземную красоту Цветочных полян фарфалов из реального мира: те же буйные краски, тот же густой дурманящий аромат пыльцы, от которого слегка кружилась голова.

— Фантастическим? — мысленно усмехнулся я и снова обратил свой взор на Ангела Красоты. — Леди, вы явно не бывали в промзоне сурового российского мегаполиса в ноябре, где бетон, пробки и вечная суета, — но вслух, разумеется, ничего не сказал, лишь сглотнул подступивший ком.

Серафия тепло улыбнулась, отчего инстинктивное напряжение в моих плечах немного отпустило, и плавным жестом указала на траву.

— Я очень люблю малышку Розали и искренне радуюсь её светлой вести, — взгляд богини на мгновение затуманился грустью. — И я всем сердцем любила милую, трагически погибшую Лорею. Моя скорбь утихает лишь от знания того, что она наконец обрела покой рядом со своей сестрой.

Она выдержала паузу, наблюдая, как я, словно деревянный чурбан, неловко опускаюсь на землю, скрестив ноги по-турецки. Мои суставы тихо хрустнули, нахально нарушая божественную тишину. Она грациозно опустилась рядом, изящно поджав под себя ноги настолько текучим движением, что законы физики лишь растерянно развели руками.

— А что касается Люменарианны, — произнесла богиня, и идеальное лицо слегка скривилось, словно она надкусила кислый лимон, — она та ещё дура.

Я часто-часто заморгал. Услышать столь резкое, почти базарное ругательство от воплощения абсолютного совершенства было… как минимум неожиданным. Мои кулаки рефлекторно сжались, к лицу прилила кровь. Люменарианна неразрывно связана с моей Ирен, с моей семьёй, и внутри моментально сработал инстинкт защитника, тот самый, что заставлял рвать глотки врагам за своих женщин.

— Э-э… — только и смог выдавить я, чувствуя себя первоклассником у доски. Высказать богине претензию прямо в лицо духу пока не хватало, но моя реакция абсолютно ясно отразилась на лице.

Заметив мои насупленные брови, богиня вдруг звонко, запрокинув голову, рассмеялась. Эта простая, искренняя радость мгновенно смыла моё раздражение, а сердце забилось чаще, вопреки здравому смыслу наполняясь каким-то глупым восторгом от этого смеха.

— О, не пойми меня превратно, Искатель, — отсмеявшись, произнесла она, глядя на меня блестящими глазами. — Я люблю свою сестру и даже восхищаюсь её одержимостью, тем, как слепо она следует своей страсти, но она совершенно не скрывает своего мнения. Люменарианна считает, что мы сами загнали себя в клетку, довольствуясь лишь пребыванием здесь, на Валиноре, — Серафия покачала головой, и её светящиеся волосы мягко скользнули по плечам. — Она прёт напролом, прокладывая путь своим планам интригами и махинациями. Ей плевать на чужие замыслы, плевать даже на саму Систему этого мира. Да, она никогда не причиняет зла намеренно и часто приносит огромную пользу, но… Боги, её методы сводят с ума многих наших братьев и сестёр!