Книга Пристойное поведение, страница 73 – Кэти Андрес

«Да чтоб вас, — мысленно простонала я, чувствуя, как внутри всё обрывается. — Во всей многомиллионной Москве другого ресторана не нашлось⁈»

Я попыталась затормозить, потянуть Марка в другую сторону, к бару, но было поздно.

Его взгляд, натренированный выхватывать любые дефекты в пространстве, уже зацепился за них. Я физически почувствовала, как фигура Марка рядом со мной мгновенно окаменела. Вся его расслабленность, вся эта вальяжная аура сытого хищника испарилась за долю секунды.

Он молча, чеканя шаг, направился прямо к их столику.

Я бросилась за ним.

Рита заметила отца, когда до них оставалось метра три. Вся краска мгновенно, словно по щелчку выключателя, схлынула с её лица. Она побледнела так, что стала похожа на лист ватмана. Глаза округлились от панического ужаса.

Паша, проследив за её остекленевшим взглядом, обернулся. Он не вздрогнул, но его челюсти плотно сжались.

— Что происходит? — голос Марка разрезал повисшую над столиком тишину. Ровный. Холодный. Пугающий своей абсолютной безэмоциональностью.

Рита судорожно сглотнула и перевела отчаянный, затравленный взгляд на меня.

Я, стоя за широкой спиной Марка, выразительно покрутила пальцем у виска, всем своим видом показывая, какие они идиоты.

— Ни… ничего, папи, — промямлила Рита.

Это прозвучало настолько неубедительно, жалко и фальшиво, что даже младенец понял бы — она врет. Для Марка, который чуял ложь за километр, это было равносильно чистосердечному признанию.

Соболев опасно прищурился. Желваки на его скулах заходили ходуном.

Я инстинктивно шагнула вперед и перехватила его ладонь, крепко сжимая широкие, напряженные пальцы. Только бы не сорвался. Только бы не разнес этот ресторан к чертовой матери.

— Паш? — Марк перевел тяжелый, давящий взгляд на своего лучшего инженера и друга.

Паша закрыл глаза. Сделал глубокий, рваный вдох. Он выглядел как человек, который стоит на краю крыши и собирается сделать шаг в бездну.

«Нет, нет, нет. Молчи. Просто молчи!»

Но Паша открыл глаза, посмотрел прямо на Соболева и, явно набравшись сил, произнес:

— Марк… мы давно должны были тебе рассказать.

Су-у-ука.

— Заткнись! — в панике зашипела Ритка, пиная Пашу под столом, но механизм саморазрушения уже был запущен.

— Чего рассказать? — Марк замер. Его голос упал до мертвой, абсолютной мерзлоты.

— Мы любим друг друга.

Время остановилось.

Пальцы Марка с такой нечеловеческой, сокрушительной силой сжали мою ладонь, что я едва не вскрикнула от боли — кости хрустнули. А в следующую секунду он резко разжал руку, отпуская меня, словно обжегшись.

Он смотрел на Пашу. Потом на Риту.

— Чего?

— Пап? — пискнула Рита, вжимаясь в спинку дивана.

Марк не глядя поднял руку жестом заставляя дочь замолчать.

— Ты замужем, — процедил он сквозь стиснутые зубы, обращаясь к ней, но глядя на Пашу..

— Это фиктивный брак, Марк. Она специально вышла за Артура, чтобы скрыть наши отношения и отвести от нас твои подозрения, ему это тоже было выгодно, что бы от него отвязались родители.

Мои глаза чуть не выкатились на лоб.

Я перевела взгляд на Риту — та сидела с открытым ртом, глядя на Пашу с таким же первобытным ужасом, словно он только что выдернул чеку из гранаты и положил ее на стол.

— А? — Марк издал странный, надломленный звук.

Его лицо исказилось. Вся картина мира: идеальный брак дочери со статусным наследником, лучший друг, которому он доверял спину, годы вранья прямо у него под носом — всё это рухнуло и превратилось в пыль.