Книга Пристойное поведение, страница 60 – Кэти Андрес

Власова повернулась ко мне всем корпусом, и ее взгляд стал пронзительно-серьезным.

— Не смей делать из себя злодейку в этой истории. Ты ничего у нее не украла. Их отношения закончились задолго до того, как в его жизни появилась ты. И если уж на то пошло, когда отец был с тобой — он был живым. А когда ты ушла, он превратился в механизм по зарабатыванию денег и оплате счетов.

Я смотрела на капли дождя, стекающие по лобовому стеклу, и чувствовала, как внутри меня медленно, со скрипом, переворачивается целая вселенная.

Четыре года я строила свою жизнь на фундаменте из обиды. Я убедила себя, что меня предали. Выстроила вокруг себя этот стерильный европейский панцирь. Нашла Джулиана, который никогда не заставлял мое сердце биться быстрее, но зато был безопасным.

И всё это оказалось ложью. Карточным домиком, который Соболев снес одним предложением.

— Ну, если у нас тут вечер откровений — осторожно начала я — Когда раскажешь отцу о Паше?

— Уж точно не в ближайшее время, — Ритка поморщилась и сделала еще один глоток вина. — Да и не уверена я вообще, что с Пашкой у нас что-то получится.

Я удивленно приподняла брови.

— Почему?

— Потому что, Ань, он как был трусом, так и остался. И как бы я ни пыталась найти оправдания его действиям, они не находятся. Мужику сорок лет, а ведет себя… ну зачем мне такие эмоциональные качели?

Я не сдержала усмешки.

— Эмоциональные качели? А сама меня сейчас обрекаешь на них с твоим отцом.

Ритка тихо рассмеялась и слегка ударила меня кулаком в плечо.

— Это другое! У вас любовь как из любовного романа — от ненависти до любви один шаг. А у нас с Пашей… одно сплошное разочарование.

— Романы бывают разные, Власова. Ваш — просто вот такой. В итоге всегда в книгах хэппи-энд, и у вас он будет.

— Не уверена, — она вдруг опустила глаза, задумчиво крутя бутылку.

— Что такое, Рит?

— Я, кажется, в своего мужа влюбилась.

Мой мозг на секунду закоротило. Я уставилась на нее, пытаясь переварить эту фразу.

— Эм… ну, тогда всё хорошо, да? Он и так твой муж, и вам даже разводиться не придется…

— Не хорошо, Ань. Потому что у него есть другая, и он ее любит. Артур, он… блин, он классный. Добрый, заботливый, всё понимает. Вот если бы я знала с самого начала, каким на самом деле может быть этот мужчина, то я бы с Пашей даже…

Я тяжело вздохнула, потирая виски свободной рукой.

— Господи, Власова, в этом вся ты. Сколько раз ты влюблялась, пока мы учились? Пять? Шесть раз? Не всегда чувство безопасности и благодарность за какие-либо действия называются любовью. Помнишь того парня из столовой, который тебе последний эклер отдал? Ты потом месяц по нему воздыхала, пока тебе другой мальчик зонтик не одолжил на парковке!

Рита вспыхнула, возмущенно откинув волосы за спину.

— Сравнила тоже! Эклер и брак! Ань, ты не понимаешь… Он смотрит на эту свою «деревенщину» так же, как мой отец сегодня смотрел на тебя. Словно она — центр его вселенной. А я для него просто броня от родителей. И знаешь, как это больно — жить в одном доме с идеальным мужиком и знать, что он думает о другой?

Она отвернулась к окну.

В ее голосе звучала такая неприкрытая, звенящая тоска, что мне стало за нее до одури страшно.

Две девочки, сбежавшие в свои золотые клетки.

Я — в Европу к своему спокойному юристу, она — в фиктивный брак к идеальному наследнику. Обе искали безопасности, обе думали, что обманули систему. И обе оказались в полной заднице.