Онлайн книга «Искатель, 2010 № 10»
|
— Мы танкисты, зачем нам пулеметы? Майор заорал, сопровождая крик матерной бранью: — Я вам русским языком сказал, что танков нет, они в западне, и неизвестно — вырвутся из нее или нет. Вас что, в училище не учили обращаться с пулеметом? Может, вы и гранаты бросать не умеете? Прислали недоделков на мою голову! — Пулемет мы хорошо знаем и гранаты бросим. Что нам делать? — спросил Василий у злого майора. — Снять штаны и бегать! — ответил Нестеренко. — Залезайте быстро в кузов и поехали! — Куда? — Коту под муда! На передовую! Немцы в пятнадцати километрах! Мать твою!.. — заорал фронтовик и уже потише с ноткой удовлетворения в голосе сообщил салагам приятную новость: — А среди пулеметов есть один «Максим». Лейтенант по прозвищу Гавка, а по имени Гаврик сморозил: «А на «Максима» нас не учили!» Тут майор позеленел, глаза его выкатились из орбит, и он гавкнул: — А чему вас учили?! Потом вытащил из кармана брюк фляжку, хлебнул спирта, вытер губы рукавом гимнастерки и прокричал: — Лезьте, мудаки, в кузов и садитесь на ящики. Необстрелянные и не нюхавшие пороху лейтенанты залезли в кузов полуторки и разместились на ящиках с пулеметами и патронами, поплотнее прижались друг к другу. Кто-то хотел закурить и стал скручивать «козью ножку». — Ты что, охренел?! Хочешь, чтобы мы взлетели на воздух? Ты же сидишь на «коктейле»! — рявкнул Нестеренко. — Трогай! — крикнул он солдату-водителю. Поехали в поле. Совсем близко филинами ухали пушки. Беспрерывно строчили пулеметы. С жутким воем и грохотом рвались мины и снаряды. В нескольких километрах впереди шел бой. В небе стрижами носились немецкие «юнкерсы» и наши «ястребки» — истребители. Из кустов неожиданно ударила автоматная очередь. Пули попали в самый верх кабины, но водитель не пострадал. «Диверсант!» — проговорил майор, а машина с лейтенантами, не останавливаясь, промчалась дальше. Майор успел несколько раз пальнуть по кустам, где засел вражеский лазутчик. Нестеренко не дрогнул, не пригнулся, и это вызвало уважение у ребят, еще не видавших врага в лицо. Лейтенант по прозвищу Гвоздь, ростом метр девяносто семь, вдруг спросил майора: — Товарищ майор, можно по-маленькому? Нестеренко хотел матюгнуться, но удивленно поднял белесые брови, зачем-то погладил рукой по карману, где лежала пустая фляжка, сглотнул вязкую слюну и раздраженно ответил: — Может сразу по-большому?! Там, — махнул он вперед рукой, — ваши товарищи умирают. Ссы в штаны! Вскоре показались доты, земляные валы и траншеи. В них копошились люди в зеленых гимнастерках, шла какая-то работа. Это была вторая линия обороны. Бой шел в километре впереди. Остановились, выгрузили ящики из машины и рассредоточились по траншее. Разобрали боеприпасы. Пулеметы установили на бруствер, ящики вскрыли топором, вытащили из них «коктейль», гранаты и пулеметные ленты и положили все на земляные выступы траншеи. Гвоздь за кустом справил малую нужду и возился с «Максимом», к которому не оказалось подходящих патронов. Этот пулемет времен гражданской войны оказался нужен бойцам, как козе баян, а попу — гармонь. Приготовили пулеметы к бою, покурили махорки, почти не разговаривали и молча ждали, сами не зная чего. Солнце палило нещадно. Стояла полуденная июльская жара. В небе проплывали редкие белые облачка. Недалеко от траншеи находилось ржаное поле. Золотые неубранные колосья осыпались зерном, не дождавшись уборки. Колхозники не успели собрать богатый урожай и ссыпать его в закрома. Во ржи громко кричал коростель. Высоко в небе парили и жалобно попискивали жаворонки. |