Онлайн книга «Искатель, 2010 № 11»
|
— Но пассаран, Фридрих Иванович, — обратился к тому Янус, — я к вам вот товарища привел... это мой старый боевой друг, человек проверенный, абсолютно надежный... — Ты, Карлуша, — прервал его названный Фридрихом Ивановичем рак-отшельник, метнув в аль Рашида острый взгляд, — для начала будь добр, расскажи, как сам сюда попал, да еще сразу после осуждения? — Вот он-то, — пояснил Янус, указывая на Ассура, — мой спаситель и есть. — Скажи, какие чудеса! — покачал сухонькой головкой Фридрих Иванович. — Ну, давай все по порядку. Пока Янус живописал подробности своего побега и чудесного спасения, нунций осмотрелся внимательней: особенно его заинтересовала карта и емкости на ней. Теракт, что ли, готовят? А что? С этих станется, эвон как поют решительно: «Время за дело приняться, час искупленья пробил». Ассур знал, что некоторая часть кощунников — малая, но зато самая организованная и законспирированная — считала единственно эффективным способом борьбы с Вселенской Церковью открытый террор. Аргументировали и оправдывали они свои действия тем, что, во-первых, всякие легальные способы выражения взглядов в Славии для них под запретом, а во-вторых — не менее жестокими действиями властей в отношении их товарищей. Дескать, с волками жить — по-волчьи выть. Потом, он уже был наслышан о нескольких терактах, приписываемых подобным боевым группировкам радикального крыла кощунного подполья. Последний — взрыв самодельной бомбы во время крестного хода в Хамовниках. Тогда погиб сам владыка Прокопий, а протодиакону оторвало обе ноги. Когда Янус завершил свое повествование, старший кощунник с минуту буравил Ассура прищуренным взглядом синих, не по возрасту ярких глазок, а потом спросил: — И чего ж тебе, мил человек, от меня надобно, что ты на столь-кие риски пошел? — Разговор у меня к вам, товарищ Фридрих, сугубо приватный, поэтому хотелось бы тет-а-тет. — У меня от товарищей секретов нет. — Зато у меня еще как есть. Рак-отшельник снова задумчиво пожевал беззубым ртом, а потом согласно кивнул и, выбравшись из кресла, поманил нунция в соседнюю комнату. Это оказалось небольшое помещение, типа кабинета, о чем свидетельствовали до отказа набитые книгами стеллажи и заваленный ими же стол. Ассур быстро прошелся по кабинету, убедился, что они одни, плотно притворил дверь и сказал, подступая к старому кощуннику возможно ближе: — Товарищ Фридрих, можете ли вы меня связать с некоей личностью, известной как «Песий царь»? Поверьте, мне это жизненно необходимо. — Помилуйте, молодой человек, — в изумлении поднял клочковатые брови Фридрих Иванович, — я даже не вполне убежден в реальности существования этой, как вы сказали, личности. — Значит, не можете? — уточнил дознаватель. — Разумеется, нет. — А Дед Кощун может? — Дед Кощун? — протянул старик, с прищуром всматриваясь в нунция и отступая на шаг. — Предположим. Он много чего может. — Тогда свяжите меня с ним. Фридрих Иванович удивленно распахнул глаза, а потом прикрыл беззубый рот ладошкой и так и затрясся от мелкого, рассыпчатого смеха: — Ишь... хи-хи-хи... ишь, чего захотел! Ступай-ка ты... хи-хи... мил человек, откуда пришел — разговор наш окончен! — Тогда разрешите откланяться, — пожал плечами нунций и неуловимо стремительным движением выхватил из кармана некий баллончик и обильно прыснул из него старику прямо в лицо. Тот выпучил глаза, открыл рот, чтобы закричать, однако глаза у него тут же закатились, и он тряпичной куклой стал оседать прямо на пол. Ассур быстро подхватил его и аккуратно усадил в единственное кресло. |