Онлайн книга «Искатель, 2010 № 11»
|
— Зачем мы тебе, мирянин? — таращась на нож, прошептал бородач. — Что мы тебе сделали? — Шел бы ты себе, — поддержал его чернявый. — Идиоты малохольные, — проворчал нунций, — вас же тут в пять минут обнаружат. Он ухватил сковывавшую кощунников цепь левой рукой и подтянул к себе. Два взмаха лазерным клинком, и цепь осталась у него в кулаке, а на лодыжках беглецов — только браслеты. — Вылезайте! Быстро! Беглецы выкарабкались из ямы и принялись растерянно озираться. — Разделиться вам надо, — скомандовал дознаватель. — Один пускай бежит вон в ту арку, видите? А дальше — налево и вверх, там затеряться можно. Второй пойдет со мной. Обоих вывести не смогу. Парень, не дожидаясь дополнительных инструкций, подтянулся на руках, вылез из окружавшей дом впадины, обернулся на секунду, прошептал: «Спасибо, товарищ, но пассаран!» и, пригнувшись, голубем упорхнул в указанную дознавателем арку. — Браслетку под штанину спрячь, — бросил Ассур бородачу, — головой не верти, а просто следуй за мной. Ассур уже вспомнил этот таганский двор. В юности он бывал здесь не раз, поскольку в этом шестом доме по Гончарному проезду жили несколько его товарищей, и теперь примерно сориентировался на местности. Налево, за углом особняка, должна быть калитка, ведущая в крохотный скверик. Туда он и направился, по пути размышляя: кой черт втянул его в эту историю? Что ему кощунники? Что он кощунникам? Должно признаться самому себе, что теперешние его действия совершенно внеразумны и носят скорее инстинктивный характер. Ну и пускай, тут же решил нунций. Инстинктивный — значит интуитивный. А интуиции он привык доверять. Она не раз его выручала. Додумать как следует он не успел. «Попался, сучонок!» — раздалось позади него. В яму, прямо на грудь бородачу, прыгнула здоровенная, как жеребец, немецкая овчарка, сбила его с ног и с утробным рыком принялась рвать предплечье. Следом за псом спрыгнул его хозяин — не менее упитанный конвоир с распаленным, красным от азарта и злости лицом. Ассур шагнул было к овчарке, но краснорожий махнул у него перед носом гудящей от напряжения дубиной. — Стоять! — рявкнул он. — Кто таков? — Осади собаку, она ж его загрызет. — Нунций-дознаватель указал на вошедшую в раж псину, с остервенением мочалившую слабо сопротивляющегося кощунника. — Ниче, небось не загрызет. А и отгрызет че, тоже ниче. — Нет, — возразил дознаватель, делая еще один шаг, — так не годится. — Это дело не годится, — кивнул конвоир, — раздвигайте ягодицы. — И вдруг резко ткнул Ассура дубинкой в пах. От неожиданности и жгучей боли Ассур подскочил едва ли не на метр и, уже не помня себя, еще в полете, впечатал правый ботинок в кадык краснорожего. Раздался мерзкий хруст, тот даже не захрипел, а снопом, как подкошенный рухнул на спину. Все еще клокоча от ярости, Ассур подскочил к собаке, ухватил за ошейник и полоснул клинком по горлу с такой силой, что голова пса отделилась от туловища. Отшвырнув голову прочь, он рывком за грудки вздернул изрядно окровавленного бородача на ноги. — Идти можешь? — Могу, — выдохнул тот, хватая ртом воздух и держась за предплечье. Но тут же побледнел и осел. Дознаватель увидел, что кровь из раны выходит толчками — значит, артерия перекушена. — Черт с тобой, сиди где сидишь, — махнул рукой Ассур и кликнул по наркому аэромоб. Положимся на авось, решил он — авось да проскочим. |