Книга Я и баб(к)а, я и маг, страница 129 – Дарья Гусина, Антонина Циль

— Правильный вопрос. Воздух и эфир. Эфир — это информация. Это ваше желание, механизм, способ работы артефакта, его цель — всё, что вы закладываете в пластину или «бублик». Магов, владеющих даром эфира или воздуха, крайне мало. Некоторые народности к Северу от Гольдгау практикуют определенные аспекты этого элемента, но ограниченно. При этом, воздух часто идет в связке с четырьмя остальными элементами, редко проявляясь как единственная стихия. А те, кто владеет всеми пятью элементами, называются… Студентка Вельта, вам слово.

— Эрцмагами, — с благоговением отвечаю я, одновременно в прошлом и в настоящем.

У большой потери вита крайне неприятные симптомы. Ощущение, как будто в пищевод вставили кол. Тахикардия. Сердце то и дело куда-то проваливается.

Эгрегор молчит. Ветер начинает затихать, картинки в голове немного меркнут. Я словно ощущаю сочувствие стихии, но прошу продолжать. Будто меня что-то торопит. Какое-то предчувствие.

Ветер подчиняется. В голове снова раздаются слова майстера Варга:

— … лучшим примером использования всех пяти стихий в истории является артефакт, хорошо знакомый вам по сказкам. Попробуйте его угадать.

Группа строит различные предположения. Не угадывает никто. Вельта тоже старается из-за всех сил. Земля, вода, огонь, воздух и эфир. Глина? Возможно. С её размачиванием и обжигом тоже всё понятно. Воздух. Дуть. Эфир. Переносить информацию.

— Дудочка крысолова, — вырывается у Вельты.

— Фравина Брандт, — улыбается Варга. — Вы сегодня в ударе. Всё именно так. Пересказывать печальную историю не стану, вы и так её помните с детства. Эрцмаг, который создал дудочку, использовал пять элементов. С помощью земли, воды и огня был создан корпус инструмента. Эфир создал послание, которое передавалось с помощью воздуха. В результате дудочка подчинила всех, кому послание было адресовано.

— Детям, — шепчет кто-то в классе.

По лицу профессора скользит тень:

— Дети наиболее уязвимы, беззащитны перед сильной магией. Но это так же касается и взрослых, когда дело идёт об использовании всех стихий. Ещё один пример: орочий золотой, волшебная монета, которая дарит обладателю удачу и дар предприимчивости. Орки, как и некоторые племена троллей, имеют разрешение на выпуск собственных денег. Обычно их монеты ничем особым не выделяются. Однако вождь Гаи'зул, по прозвищу Копьё, живший четыреста лет назад и любивший ковать золотые собственными руками и любимым молотом, ко всему прочему, очевидно, был ещё и сильным эрцмагом. В качестве элемента Земли использовалось собственно само золото. Огонь раскалял заготовку, Вода охлаждала. Ветер не только наполнял кузнечные меха, но и внедрял несколько уровней защиты. Такую монету нельзя было «общипать» по краям, срезав золото. Рискнувшему сделать это грозило проклятие. Также монетой невозможно было, к примеру, расплатиться за покупку раба и подкупить чиновника. Её нельзя было поставить на кон в азартной игре. Не назову на память все пункты, но их было более десятка.

Класс оживился и задвигался. Студенты строили предположения, что ещё могло попасть под запрет. Лошадиные бега? Услуги куртизанок?

— Хочу напомнить, что вышеупомянутый орк Гаи'зул был не монахом, а вождём, — Варга улыбается в усы. — Он не приветствовал торговлю людьми, взятки, азартные игры — всё то, что претило его натуре и ослабляло дисциплину в войске. Вряд ли он стал бы вносить запрет на… хм… платную любовь. Его целью было снабдить монетой вождей и предводителей караванов, орков-купцов, поэтому он заложил в неё магию, приносящую удачу в войне и торговле. Считается, что он отчеканил ровно сто монет. Несколько сотен лет подряд они переходят из рук в руки. Кстати, ни разу не было замечено, чтобы орочьи золотые могли накапливаться в руках одного человека. Если кто-то внезапно получал сразу две монеты, то одна из них вскоре «уходила». Кроме того, орочий золотой не может стать частью клада. Его функция — приходить из одних рук в другие. Любой тайник, в котором хранится такая монета, рано или поздно будет вскрыт.