Книга Егерь. Сердце стаи, страница 68 – Николай Скиба

И Режиссёр всё чувствует. Каждая смерть отдаётся болью в его душе.

Я не виню рысь за то, что произошло, просто потому что это не она послала мне образы. Боль, что он испытал на ментальном уровне, передалась по нашим линиям связи сама. Это было похоже на всплеск. Что же связывает его с остальными? Стихии зверей в видениях не повторялись, каждая — уникальна, и каждая — некий ключ. Пока друиды не собрали все, есть время.

Когда знакомые очертания долины показались между деревьев, я невольно остановился, поражённый открывшейся картиной. Моя ферма преобразилась.

Массивный частокол опоясывал всю долину ровной линией. На сторожевых вышках виднелись силуэты охранников. Но самое главное было внутри периметра. Тут уже красовались готовые вольеры — просторные загоны с продуманной системой укрытий и водопоев.

— Боже… — прошептала Лина, поражённо глядя на результат работы. — уже всё готово.

Василий оказался мастером своего дела. Каждая постройка стояла именно там, где я планировал, и выполнена была с пониманием специфики.

Я шёл по знакомой тропе, но теперь она была обрамлена аккуратными изгородями и указательными столбиками. Всё дышало порядком и продуманностью. Ферма перестала быть просто участком земли — она стала живым, функционирующим организмом.

— Максим! — скрипучий голос заставил меня поднять голову.

Ирма семенила по склону, где раньше была пустая трава. За ней тянулись аккуратные ряды свежих грядок. Два земляных крота каких-то Мастеров послушно рыли неглубокие канавки между рядами.

— Смотри! — гордо воскликнула бабка, махая рукой в сторону своей плантации. — Первые ростки «Солнечного корня» уже показались! Всего-то надо — правильно посадить, а растут они с бешеной скоростью!

Я приблизился к её владениям, с удивлением рассматривая чёткие линии насаждений. Ирма создавала настоящую ботаническую лабораторию под открытым небом. Грядки располагались ярусами, следуя изгибам склона. Растения, требующие больше солнца, занимали верхние террасы, теневыносливые — нижние.

Режиссёр и Актриса неподвижно лежали на холме, возвышавшемся над плантацией. Обе рыси внимательно следили за окрестностями, их уши поворачивались, улавливая каждый шорох в ночной тишине. При моём приближении Режиссёр поднял голову и мысленно передал краткий отчёт — всё спокойно, никаких подозрительных движений за время моего отсутствия. Следом пришла волна извинений за вмешательство в процесс эволюции Афины.

Я нахмурился, чувствуя, как напряжение возвращается.

Позже поговорим.

— Видишь канавки? — Ирма указала на систему неглубоких бороздок, которые создавали земляные кроты. — Дождевая вода будет стекать сверху вниз, не размывая почву. А вот тут, — она повела меня к небольшому искусственному прудику, — отстаивается вода для полива нежных сортов.

Её план был продуман до мелочей. Я с профессиональным интересом отметил, что компоновка участка учитывала не только потребности растений, но и удобство сбора урожая. Тропинки позволяли добраться до любой грядки, не вытаптывая посевы.

— Сколько видов ты успела посадить? — спросил я, присаживаясь на корточки рядом с ближайшей грядкой. Молодые ростки выглядели здоровыми и сильными.

— Двенадцать основных, — с гордостью ответила Ирма. — Но то ли ещё будет.

— А те, что я дал?