Книга Егерь. Сердце стаи, страница 64 – Николай Скиба

Воздух вокруг гепарда начал странно мерцать, быстро насыщаясь невидимой влагой. Сначала появились лишь мельчайшие капли, неподвижно висящие в пространстве словно драгоценные хрустальные бусины. Затем влажность начала стремительно сгущаться, превращаясь в тонкие струйки, потом в полноценные ручейки живительной влаги. Температура окружающего воздуха резко упала на несколько критических градусов, и друид с удивлением почувствовал, как его разгорячённую кожу обдаёт прохладным, освежающим туманом.

Из пустого, казалось бы, воздуха стремительно материализовались мощные потоки кристально чистой воды, которые с невероятной скоростью закружились вокруг обречённого зверя. Водяные щупальца с яростью рвали воздушную тюрьму на мелкие части, методично пробивая критические бреши в стенах из беспощадно сжатого ветра. Звук был поистине оглушительным — рёв бушующей воды зловеще смешивался с воем разрываемого в клочья воздуха, создавая устрашающую какофонию стихийной битвы.

Друид Ветра инстинктивно отшатнулся, его уверенные глаза широко расширились от полной неожиданности происходящего. В них отчётливо мелькнул настоящий страх — впервые за долгие годы безжалостной охоты его добыча оказалась способна на такой отчаянный и сокрушительный контрудар.

Умирающий гепард создавал водяной смерч поистине чудовищной разрушительной мощи, такой силы, что массивные окружающие скалы начали угрожающе трескаться под невыносимым давлением разбушевавшейся стихии. Зловещие трещины стремительно побежали по древнему камню, словно гигантская паутина, а мелкие острые осколки дождём сыпались вниз.

Это была настоящая атака отчаяния — последний рывок, в который благородный зверь вкладывал не просто всю свою магию, а само дыхание жизни. Его роскошная шерсть заметно тускнела с каждой прошедшей секундой, могучие мышцы мелко дрожали от критического перенапряжения.

Сокрушительная мощь беспощадно высасывала из гордого хищника последние жизненные силы. Но отважный гепард был полностью готов отдать абсолютно всё, лишь бы унести этого проклятого человека с собой в царство смерти.

— Проклятье! — зловеще прошипел друид и немедленно бросил в решающий бой абсолютно всё, что у него было.

Афина рычала так, что воздух дрожал от низких вибраций её голоса. Это был крик отчаяния и агонии, вырывавшийся из самых глубин её существа. Массивное тело билось о землю, когти глубоко врезались в почву, оставляя борозды в твёрдом грунте.

Смертоносные ветряные соколы стремительно взмыли в тёмное небо, создавая концентрированные воздушные лезвия невероятной остроты.

Массивный каменный волк безрассудно ринулся в атаку, его железное тело мгновенно превратилось в живой таран. Сам могущественный друид нещадно выжимал из себя последние жизненные силы, его дрожащие руки ярко светились от критического напряжения, а из воспалённых глаз медленно текла алая кровь от чудовищного перенапряжения магических каналов. Воздух вокруг него зловеще кипел и искажался, стремительно превращаясь в смертоносные вихри уничтожения.

ДЕРЖАТЬ! ДЕРЖАТЬ СВЯЗЬ!

Афина, держись, девочка. Нет-нет-нет, невовремя, Режиссёр!

Две первозданные стихии столкнулись с поистине оглушительным рёвом, который мощным эхом прокатился по бескрайним пустынным холмам. Сама земля под ногами раскололась от невероятного противоборства стихийных сил, а брызги ледяной воды яростно смешивались с горячим песком и алой кровью, создавая кровавую бурю хаоса. Друид надрывно кричал от нечеловеческой боли, безжалостно выжигая собственные жизненные силы, направляя их в атаку за атакой.