Книга Егерь. Сердце стаи, страница 134 – Николай Скиба

— Что? — я опешил, чувствуя, как по позвоночнику пробегает холодок. — Это ВЫ следили за мной в лесу?

— А кто ещё? — седовласый осторожно положил голову Григора на траву, проверил пульс на шее. — После вашего боя с Карцем он отправил нас приглядывать за тобой, пока восстанавливался.

Я тряхнул головой, пытаясь переварить эту информацию. По телу пробежали мурашки, когда взглянул на неподвижного великана. Кулаки невольно сжались — этот человек искренне переживал за меня.

— Почему твоя дочь пыталась мне помешать?

— Эта девчонка нужна нам живой, — седовласый кивнул в сторону Виолы. — У неё есть крайне важная информация о планах и расположении друидов. Не вздумай её убивать, если тебе важна рысь. Получить их человека живым — невероятная удача.

В этот момент Афина угрожающе зарычала, и я повернул голову. Виола отчаянно пыталась уползти по обугленной земле, оставляя за собой кровавый след из раны на руке.

Жалкое зрелище.

Она плакала. Вся её показная храбрость и ненависть испарились при первом же столкновении с реальной опасностью.

— Не дёргайся, — холодно произнёс я, и в моём голосе не осталось ничего человеческого. Только смертельная угроза.

Моя стая мгновенно застыла в ожидании приказа. Красавчик замер возле раненого теневого волка, его маленькие глазки-бусинки горели хищным огнём. Афина приподнялась на лапах, готовая к прыжку.

Виола всё равно корчилась, держась за изувеченную конечность. Её пальцы были покрыты запёкшейся кровью и обожжённой плотью от ауры Карца. Кожа слезла лохмотьями, кровь сочилась между пальцев.

Она хныкала от боли, как избитая собака.

Слёзы прорыли чистые дорожки в грязи на её щеках. Губы дрожали, то и дело вырываясь жалкие всхлипывания. Волосы спутались в грязные космы, смешанные с кровью и землёй.

Но мне было всё равно. В груди пылал холодный огонь — не гнев, а нечто более страшное. Полное, абсолютное равнодушие к её страданиям.

Тело было на пределе, но холодная, ядовитая ясность от Тёмной Эссенции в ядре давала силы для последнего, самого жестокого удара. Ненависть к её поступкам оказалась сильнее физической боли.

Рывком схватил и притянул кричащее лицо к своему. Ощутил запах крови, пота и страха — кислый, отвратительный аромат поражения.

Виола попыталась вырваться, но сил у неё не было. Глаза были широко распахнуты от ужаса, зрачки расширены.

— Радуйся, что ты нужна мне живой, — прошипел я ей прямо в перекошенное лицо. — Похоже, у вашей семьи одно будущее.

Виола дрожала в моих руках как осенний лист, её тело билось в мелкой дрожи.

— Раз ты не понимаешь, что такое быть человеком, то и звероловом не будешь. Возможно, ты бы хотела выбрать смерть, если бы знала, что с тобой будет.

Отпустил её волосы, и она рухнула на землю, свернувшись калачиком и продолжая всхлипывать. Попыталась что-то сказать, её губы задвигались, пытаясь сформировать слова. Может быть, новые мольбы о пощаде.

Теперь даже интересно, а сработает ли не на звере. Должно.

Моя ладонь легла на голову Виолы, тепло её кожи чувствовалось под пальцами. Девушка попыталась отдёрнуться, но я крепко держал её за плечо другой рукой.

— Что ты делаешь⁈ — прошипела она.

Я не ответил. Моё внимание было сосредоточено на том, что происходило глубже — в ментальном пространстве её сознания. Через прикосновение ощутил тонкие, почти неуловимые нити связи. Красные ниточки в темноте разума, пульсирующие слабым светом.