Книга Шеф с системой. Пятый вкус, страница 63 – Тимофей Афаэль

Он остановился на полушаге, посреди площади, будто налетел на невидимую стену.

Бешенство на лице князя никуда не делось, но поверх него стало проступать понимание.

На крыльце стоял Патриарх Феофан.

Рядом — Демидов.

За ними — Иларион, Совет Господ, Мстислав.

Все приехали к повару.

Всеволод медленно разжал кулаки. Расправил плечи и пошёл к крыльцу — уже более спокойным шагом.

Поднялся по ступеням. Остановился перед Феофаном.

— Владыка, — голос Всеволода зазвучал ласково, и от этой ласковости у Данилы мурашки побежали по спине. — Какой сюрприз. Не ожидал увидеть вас в наших краях. Дорога дальняя, и годы ваши…

— Годы мои при мне, Государь, — перебил Феофан, и его мягкий голос зазвучал на тон твёрже. — А дорога не так далека, когда едешь по доброму делу. Вот, приехал на ваш турнир. Судить.

— Судить, — повторил Всеволод. Улыбка его не дрогнула, но глаза стали злыми. — Как мило. Не знал, что кухарские забавы интересуют главу Церкви.

— Всё, что касается моих людей, меня интересует, — ответил Феофан. — А Ктитор Северной епархии — мой человек. Его дело — моё дело. Его турнир — мой турнир.

— Ваш человек, — Всеволод произнёс эти слова как ругательство. — А я думал, все люди в этой державе — мои.

— Все, кто под Богом, — Государевы, — сказал Феофан, и улыбнулся так, что Данила почувствовал, как температура на крыльце упала на пару градусов. — А кто под Богом, Государь, решаю я.

Всеволод молчал секунду. Улыбка на его лице застыла, а в глазах кипел гнев. Он явно хотел сказать что-нибудь резкое, но сдерживался изо всех сил. Потом он повернулся к Демидову, и маска стала добродушной.

— Фрол Лукич, — сказал он тепло. — А вы-то здесь зачем? Неужели тоже на кухарский турнир? Я думал, Гостиная сотня занимается серьёзными делами, а не по трактирам ужинает.

— Гостиная сотня занимается деньгами, Государь, — ответил Демидов. — А деньги — там, где хорошая торговля. Мне сказали, что здесь рождается лучший торговый узел Севера. Я приехал проверить.

— Проверить, — Всеволод чуть наклонил голову. — И как? Проверили?

— Проверяю, — сказал Демидов. — Пока всё сходится.

— Что именно сходится?

— Цифры, Государь. Цифры всегда сходятся, если считать правильно.

Всеволод посмотрел на него тяжёлым взглядом. Демидов выдержал этот взгляд, не мигнув, и Данила подумал, что есть в мире вещи страшнее княжеского гнева — например, молчаливое упрямство человека, которому ты должен полказны.

Всеволод развернулся к Мстиславу. И вот тут его маска дала первую настоящую трещину.

— Мстислав Данилович, — произнёс он, и в ласковом голосе проступил мороз. — Мой ближний советник. На ужине у повара, который бросил мне вызов. Как это понимать?

Мстислав поклонился с достоинством.

— Как любопытство, Государь. Я всегда предпочитаю составлять мнение лично.

— Мнение? О чём?

— О людях, Государь. О делах и еде, в конце концов, — Мстислав улыбнулся своей обычной добродушной улыбкой, за которой пряталось всё, что он не хотел говорить. — Моя дочь будет сражаться на вашем турнире. Я приехал посмотреть на арену.

— Посмотреть на арену, — повторил Всеволод со вкусом. — Или посмотреть на противника?

— И то, и другое, — спокойно сказал Мстислав. — Хороший полководец изучает и поле, и врага. Вы сами меня этому учили, Государь.