Книга Темный Лорд Устал. Книга VII, страница 80 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

Магия, — вспомнил Степан. — Купол питается от Хозяина, ему плевать на провода.

Но купол не качает воду и не охлаждает продукты. Не даёт свет в дома и кислород в реанимацию.

— Господи… — прошептал он, и собственный голос показался чужим в этой тишине.

Три дня топлива, может, четыре. А потом — насосные станции встанут, и канализация пойдёт обратно. Холодильные камеры «Эдем Агро» отключатся, и тонны продуктов сгниют. В больнице откажут аппараты, и люди начнут умирать — сначала те, кто на ИВЛ, потом остальные.

Громов не врал. Он сказал — неделя. И вот она, эта неделя. Началась прямо сейчас.

Мат, — Степан упёрся лбом в холодное стекло. — Это мат, если Алина не успела.

Он стоял так несколько секунд. Потом выпрямился, одёрнул пиджак и рявкнул в темноту кабинета:

— Машину к подъезду! Едем на ТЭЦ!

Если город умирал, он хотя бы увидит это своими глазами.

Машина летела по вечерним улицам, и Степан смотрел в окно на свой умирающий город.

Люди выходили из домов, задирали головы, переговаривались встревоженными голосами. Пока ещё спокойно, пока ещё не паника, но Степан знал, как быстро это меняется. День, два и начнётся.

ТЭЦ встретила его мёртвой громадой труб и корпусов. Ни одного огонька, ни одного звука. На проходной дежурил Страж.

Степан выскочил из машины и побежал к главному корпусу, на ходу доставая фонарик. Он пробежал по коридору, толкнул тяжёлую дверь и вывалился в главный зал.

И замер.

Старые угольные котлы стояли тёмными громадами вдоль стен. А в центре зала…

Степан видел много всякого за свою жизнь. Заводы, фабрики, электростанции, но такого… он не видел никогда.

Установка занимала половину зала. Грубый металл, толстенные кабели в руку толщиной, змеящиеся по полу. Трубы, вентили, какие-то рычаги, а в центре всего этого — стеклянная колба размером с грузовик, опутанная медными обручами и серебряными линиями, складывающимися в узоры, от которых рябило в глазах.

Нечто средние между магией и техникой, чему у Степана не нашлось названия.

— Алина! — заорал он, размахивая фонариком. — Мы сухие! Насосные встали!

— Я знаю, Степан Васильевич.

Голос донёсся сверху. Степан задрал голову и увидел её на металлической галерее, над пультом управления. Алина стояла в свете нескольких аварийных ламп и сверялась с планшетом. Спокойная, собранная, будто вокруг не конец света, а плановая проверка.

— Уголь нам больше не нужен, — она даже не подняла глаз. — Хозяин дал чертежи реактора и мы успели.

— Успели? — Степан огляделся. — А эта штука работает⁈

— Сейчас узнаем.

Сбоку загрохотало. Степан обернулся и увидел двух Стражей, которые катили тележку. Здоровенные парни из команды Антона, в полной броне, с винтовками за спиной.

А на тележке…

Степан шагнул ближе и почувствовал, как волосы на руках встают дыбом.

Кристаллы. Десятки кристаллов, каждый — размером с кулак, а некоторые и с голову. Они светились изнутри нестабильным светом — то багровым, то фиолетовым, то ядовито-зелёным. От них шёл жар, как от открытой печи, и тот самый странный запах серы и чего-то сладковатого.

Кристаллы из разломов — это была концентрированная энергия хаоса. Кто бы мог подумать что Господин Воронов сможет использовать добычу из разломов таким способом…

— Это что, топливо? — спросил он хрипло.