Книга Темный Лорд Устал. Книга VII, страница 18 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

Громов пробежал глазами документ — всё было оформлено безупречно, с номерами проб, результатами анализов, ссылками на протоколы. Идеальная фальшивка, которую невозможно отличить от настоящего заключения. Хотя может… не такая уж это и фальшивка?

— Вы, как губернатор, — продолжал Долгорукий, — обязаны защитить Империю от заразы. Статья двенадцатая Имперского Уложения, протокол «Биологическая угроза». Она даёт вам право ввести полный карантин в регионе, закрыть границы, отключить внешнюю связь и запретить посадку любым бортам, включая столичные, без специального допуска Государственного Совета.

Громов медленно поднял взгляд на экран. До него начало доходить.

— Вы хотите сказать…

— Я хочу сказать, что даже Орлов не сможет сунуть нос в зону карантина, — Долгорукий позволил себе тонкую улыбку. — Закон на вашей стороне, Виктор Павлович. Закон, который писали ещё при прошлом Императоре, когда Чёрная гниль выкосила полтора миллиона человек. Тогда законодатели сделали всё, чтобы никакой политик не мог вмешаться в карантинные меры ради собственных интересов. Теперь эта предусмотрительность сработает в нашу пользу.

Громов откинулся в кресле, чувствуя, как паника отступает, уступая место надежде? Жадности? Он ещё не мог разобрать, но предвкушение не уходило.

— И что я должен сделать взамен?

— Задушить Воронова, — Долгорукий произнёс это буднично, как будто речь шла о прополке сорняков в саду. — Заморозить счета, перекрыть поставки, закрыть границы. Превратить его регион в изолированную зону, куда не попадёт ни кредит, ни грамм сырья, ни один человек без вашего личного разрешения. Без денег и ресурсов он продержится неделю, максимум две. А потом приползёт договариваться или сделает глупость и даст вам законный повод раздавить его окончательно.

Громов молчал, переваривая услышанное. Картина складывалась слишком красивая, чтобы быть правдой.

— А если Император вмешается? — спросил он осторожно. — Или Орлов найдёт способ обойти закон?

— Император будет связан по рукам собственной Конституцией, — отрезал Долгорукий. — А Орлову мы напомним о его месте — публично, на глазах у всего Совета Кланов. Вам нужно только одно: быть послушным и делать то, что вам говорят. Справитесь?

Последний вопрос прозвучал с такой снисходительной насмешкой, что Громов почувствовал, как щёки заливает краска. Его использовали как инструмент, даже не пытаясь это скрыть. Двадцать лет он был хозяином этого региона, но князь разговаривал с ним как с лакеем. Впрочем… лакем быть не так уж и плохо. Особенно богатым лакеем, который сохранит собственное кресло и свободу!

— Справлюсь, Ваше Сиятельство, — сказал Громов, и собственный голос показался ему чужим. — Можете на меня рассчитывать.

— Я знаю, — Долгорукий кивнул с видом человека, который и не сомневался в ответе. — Документы у вас. Действуйте.

Экран погас.

Громов сидел неподвижно, глядя на экран.

Тишина в кабинете была абсолютной — только тикали напольные часы в углу да где-то за окном выла сирена скорой помощи. Он опустил взгляд на свои руки и с удивлением обнаружил, что они больше не дрожат.

Страх ушёл. Вместо него внутри разливалось что-то тёплое, знакомое, почти забытое за последние безумные часы. Власть — настоящая власть, подкреплённая мощью древних кланов, которые правили Империей ещё до того, как его прадед родился.