Книга Зал костей, страница 116 – Тим Харди

До меня доносился противный гнусавый голос, но я не мог разглядеть говорившего в толпе.

— Ты что, совсем дурак? – возмутилась какая-то женщина. – Думаешь, Тюрвинг повесил бы голову Брунна на стену, если бы такое произошло на самом деле?

— Спорь, сколько тебе угодно. Мне так сказали люди с озера Талл, а они услышали это от своего старейшины Сандара Тиндирсона, который был на сходе клана.

Я смежил веки, пытаясь не обращать снимания на бессмысленную болтовню. У меня появились более насущные проблемы: к моей черноперой товарке присоединились еще две вороны. Первая, ободренная тем, что я затих, каркнула и задумчиво клюнула меня сквозь прутья в одну из ран. Я забился в клетке, на миг отогнав птиц; через мгновение вороны вернулись. В толпе внизу ахнула женщина.

— Надо же, он жив!

— Ненадолго, – отозвался человек с гнусавым голосом, который так верил, что я преступник. – Этот парень не попадет в Чертоги Навана. Для него не будет места на пиру перед днем суда, там не ждут братоубийц и предателей.

Сердитый ропот одобрения прокатился по растущей толпе, в то время как другие голоса пытались его перекричать. До меня донесся еще один звук, который становился все ближе: обутые в сапоги ноги маршировали к воротам. Приближалась колонна воинов в доспехах и отряд всадников, во главе которых на мощном боевом коне ехал Тюрвинг Черноглазый. Толпа в страхе отпрянула назад, а когда зеваки расступились, я увидел, что кроме ворундцев там был и Карас Серый Шторм со своими людьми.

— Смотри внимательно, Серый Шторм, – промолвил Тюрвинг. – Такая участь ожидает тех, кто изменит своему королю.

Карас поднял изможденное, осунувшееся от забот лицо, и наши взгляды встретились. Рыдающая Нуна цеплялась за руку мужа; волосы сестры были растрепаны, с другой стороны ее поддерживал Сигурд, чтобы она не упала. Катла шла рядом с ними, но Аммы нигде не было видно, и я задался вопросом, что случилось со служанкой, которая заботилась о Нуне и Рише много лет.

— Я сделал то, что сделал, ради твоей сестры, – тихо сказал мне Карас. – Обещаю, что со мной она будет в безопасности в замке Норлхаст. Мне очень жаль, Ротгар, правда.

Он опустил голову, и я увидел, как клан Норлхаст мрачно выходит из ворот и идет к пристани и своим кораблям, чтобы успеть уплыть с утренним приливом. Рядом с норлхастцами шли группки поменьше: жители озера Талл, Ольта и Нольна. Лундвар буквально выбежал из Ривсбурга; он старательно отводил от меня глаза, торопясь поскорее оказаться в безопасности у себя дома. Сандар, однако, нашел время остановиться и посмотреть на меня, прежде чем уйти. Мне хотелось назвать его изменником и лжецом, истинным предателем своего клана, однако мои силы были на исходе. Молодой человек, похоже, счел мой жалкий вид забавным, потому что он обменялся какой-то шуткой с красавицей женой и другими спутниками и беззаботно выехал из ворот.

Некоторое время Тюрвинг сидел в седле, явно наслаждаясь моим бедственным положением.

— И ни слова сожаления, Ротгар? – насмешливо поинтересовался он. – По-моему, эти вороны очень голодны, так что, если хочешь обратиться к своему народу, поспеши, пока они не выклевали тебе глаза и язык.

Наконец-то ненависть придала мне достаточно сил, чтобы ответить.

— Ты же знаешь, что сход клана был сплошным притворством! Я не виновен! – прокричал я толпе.