Книга Дикая кровь, страница 173 – А. Дж. Врана

– Отпусти меня, – взмолилась Мия во второй раз. – Позволь мне найти способ все исправить.

Еще одно покачивание головой:

– Я не могу.

– Почему? – в ответе Мии сквозило разочарование.

– Я… не могу, – повторил он. – Это моя природа, как твоя – ходить по грезам. Мы не можем игнорировать то, кто мы есть.

Черные как смоль глаза Гаврана сузились, он проследил невидимую линию до тени Алины, когда она отпрянула от своего похитителя в тщетном танце. Он задумчиво замурлыкал, затем склонил голову набок с жутковатой ухмылкой.

– Я вижу.

Мия нахмурилась, глядя на него:

– Что?

– Ты должна убить его. – Гавран выпрямился, и выражение его лица смягчилось. – Дух природы не собирался заманивать тебя в ловушку, но и освободить тебя он не сможет. Ты должна выбраться силой.

Сомнение затрепетало в груди Мии. Она посмотрела мимо лешего на то место, которое так привлекло внимание Гаврана, – где стояла тень, похожая на Алину, как ее изображение во сне. Он что-то увидел. Мия просто не знала что.

– Я не его хочу убивать.

– Ты должна. – Холодная уверенность, лишенная жалости или заботы.

Леший опустил взгляд, его широкие плечи поникли.

– Твой фамильяр говорит правду.

Мия колебалась, не привыкшая к тому, чтобы к ней обращались как к палачу. Она уничтожала духов только тогда, когда это было необходимо – когда речь шла о ее или их жизни. Они никогда не расходились мирно, и это помогало развеивать ее угрызения совести.

– Как ты можешь просто принимать это? – спросила она. – Разве ты не хочешь выжить? Если ты сейчас сдашься, то никогда больше не увидишь Кэлан. У нее будет разбито сердце…

– Каждый из нас уникален, – перебил он, и Мия могла бы поклясться, что увидела, как его губы растянулись в улыбке. – И все же природа всех живых существ такова, что они умирают. Это единственная объединяющая всех истина. Но, как ты знаешь, Сновидица…

– Все повторяется, – пояснил Гавран.

Леший резко опустил голову – жуткое подобие кивка.

– Все, что распадается, создается заново. Если мой конец ознаменует новое начало для Кэлан и если ты поспособствуешь этому, то так тому и быть.

Мия освободится, если леший умрет. Ее пальцы судорожно сжались, в груди все оборвалось. По спине пробежал холодок, хотя она чувствовала жар от тошноты. Это было неправильно. Рука потянулась к камню грез, его тепло успокаивало. Он гудел от силы, желая освободиться от цепочки, висевшей у нее на шее.

Мия сорвала камень в форме клыка. Пурпурное, лугово-зеленое и золотистое сияние сверкало, когда острие удлинилось, превратившись в изогнутое лезвие, и она крепче сжала рукоять, чувствуя, как резьба царапает кожу.

Леший медленно поднял голову, не сводя взгляда с предвестницы своего конца.

– Покажи мне свой истинный облик, Сновидица.

И она так и сделала.

Пелена из радужных перьев окутала Мию целиком. Фиолетовые и полуночные завитки закружились по ее спине и черепу, тени сливались в маску в виде костяного клюва, кончик которого изогнулся над губой. Грива перьев развевалась на ее темно-каштановых волосах в хаотичном танце, неуважительном к безветренному воздуху.

Глаза лешего расширились от удивления. Он вздернул подбородок, увидев женщину, баюкающую его останки.

– Бог хаоса, – пробормотал он. – Поистине неестественное создание.

– У хаоса есть природа. – Она подошла ближе, затем улыбнулась, останавливаясь перед ним. – Это перемены.