Книга Первый среди равных. Судьба, страница 33 – Павел Чук

— Простите уважаемый энц, — упал на колени Вихор, — мне сказали, что прежний энц не занимался этой мелочью, всё справлял управляющий и я не стал вас беспокоить по пустякам.

— Значит так, с сегодняшнего… нет, с завтрашнего дня все жалобы мне клади на стол. Я буду разбирать и ещё, расскажи мне, какой-такой спор произошёл между Устимом и Гасимом?..

Как же тяжело заниматься бумажной работой. Жалоба, прошение, ещё одна жалоба, опять прошение и это не считая того, что во дворе всякого рода просителей стоит не менее пятидесяти человек. Мне прям страшно выходить к ним.

Сидел я, закопавшись в бумаги и у меня голова шла кругом. Столько просителей, столько жалоб. И ладно бы что по делу. А то, взял первую попавшуюся бумагу, зачитал: «Митоска меня обозвал дураком, я ему дал в ухо и теперь он с меня требует лиру. Говорит, что ухо распухло и слышать плохо стал. Уважаемый энц, разберись». И всё в таком духе.

Я откинул лист серой бумаги и встал из-за стола. Надо что-то с этим делать или я так утону в этом болоте. Может зря отстранил Вихора от разбора жалоб, закралась крамольная мысль. Несколько месяцев, что прожил в усадьбе я не слыхивал об этой обязанности энца, а тут навалилось. Всё-таки прав был покойный энц Роилла Донса, что не занимался этой ерундой.

В дверь постучали.

— Входите.

— Уважаемый энц, прибыл лекарь, — доложился слуга.

— Лекарь? — не сразу понял, что к чему. Мне и вроде кому из знакомых лекарь не требовался.

— Вы отписывали прошение выделить лекаря, он и приехал. Бумагу показал, но отдать её чтобы передать вам отказался.

— Понял. Проси его, — ответил, а сам порадовался, хоть какое-то развлечение, а не занятие ерундой. Всё-таки переложу я всю эту кутерьму на управляющего, а потом какого-нибудь толкового человечка из столицы выпишу.

— Добрый день, уважаемый энц, — в мой заваленный бумагами кабинет вошёл молодой парень примерно моих лет. — Разрешите представиться, я — Инвос Рагетти, выпускник столичного медицинского института. Направлен к вам на практику на три года, вот мои бумаги.

«Практикант», — разочарованно выдохнул я, когда вчитывался в документы. А я-то голову ломал, что так долго с медиком решали. У меня же в усадьбе нет его, а должен быть. Это когда без хозяина земля стояла, то неразбериха была, но сейчас хозяин есть. И они, эти государевы люди, оказывается, ждали, когда практика начнётся или как у них тут обучение настроено, фиг его знает.

— Расскажите о себе, — спросил не вчитываясь, только посмотрел, что Инвос Рагетти действительно проходил учёбу в столичном институте на медицинском факультете, присвоена квалификация «Медик» и направлен на практику на три года в распоряжение земель энца Валео Мирони,

— Родился, учился, приехал к вам, уважаемый энц.

— Хм. Смешно. Ладно, я распоряжусь, чтобы вам показали избу, где жил прежний лекарь. А потом проверю вашу квалификацию. Вы только с дороги?

— Вы обучались медицине⁈ — удивился Инвос.

— Военно-полевой и преподавателем у меня был враг, — как-то не заладился у меня с ним разговор. Не ожидал, что мне будут хамить, пусть и мягко. И это надо пресекать сразу. — Вихор! — крикнул управляющего.

— Здесь, уважаемый энц.

— Лекаря поставить на довольствие, показать где будет жить и работать. По этому вопросу всё. Много там народа? Не разошлись?