Книга Ритм войны. Том 2, страница 51 – Брендон Сандерсон

Каждый день, который соратники Венли проживали втайне, грозил разоблачением: их могли тихонько арестовать с наступлением темноты и казнить либо заставить принять в себя душу Сплавленного. Они нуждались в том, что она пообещала: жить отдельно, как самостоятельный народ. Но сможет ли Венли и впрямь это обеспечить? Она, которая превратила в бурю все, к чему случалось притронуться. Один народ она уже погубила.

Тимбре утешительно затрепетала, пока Венли шла по коридорам.

— Хотела бы я тебе поверить… – тихо проговорила Последняя Слушательница. – Мне бы очень этого хотелось. Но ты не все про меня знаешь. Ты не понимаешь.

Тимбре затрепетала, любопытствуя. Она хотела узнать. Венли долго молчала о самых трудных моментах своего прошлого.

Что ж, давно пора этим поделиться.

— Самое худшее, – прошептала Венли, – началось после того, как человеки появились у нас во второй раз…

Восемь с половиной лет назад

— Нежны прикосновенья… – проговорила Джакслим. – Боги… боги…

Венли замерла. Она подняла глаза со своего места у стены, где использовала бумагу – подарок человеков, – чтобы забавляться с буквами и ритмами. Представлениями звуков на возможном письменном языке, как у человеков.

Мать стояла у окна и читала свои ежедневные стихи. Те же успокаивающие песни, исполняемые тем же прекрасным голосом, который с рождения служил Венли проводником. Фундаментом, на котором она строила свою жизнь.

— Нежны прикосновенья… – снова начала Джакслим – и опять запнулась.

— Шустроформы нежны прикосновенья, – подсказала Венли. – Боги многим однажды ее даровали…

Но мать больше не пела. Она молча смотрела в окно, даже не гудела себе под нос. Уже второй раз за эту неделю она забыла целую строфу.

Венли встала, отложила бумагу и взяла мать за руку. Она настроилась на похвалу, но не знала, что сказать.

— Я просто устала, – проговорила Джакслим. – От гнета этих странных дней и странных гостей.

Человеки пообещали вернуться, и вот уже несколько месяцев семье не было покоя от множества идей, что же делать с этими чудны́ми существами.

— Ступай, – продолжила Джакслим. – Найди свою сестру. Она сказала, что придет послушать декламацию и, по крайней мере, выучит Песню перебора. Я немного посплю. Вот что мне нужно.

Венли помогла матери добраться до кровати. Джакслим всегда казалась такой сильной, и действительно, ее тело было крепким. И все же она пошатнулась, ложась. С ней что-то происходило – не снаружи, а глубоко внутри.

До недавнего времени Джакслим никогда не забывала песен. Даже предположить подобное было немыслимо!

Позаботившись о матери, Венли настроилась на ритм решимости и вышла из их дома – не на лесную поляну, а в город. Один из десяти древних городов, окруженный разрушенной стеной и заполненный руинами зданий.

Встреча с человеками придала смелости семье Венли. С новым дарованным оружием они отправились на Равнины и заняли место среди десяти, победив семью, которая обитала здесь до них. Когда-то Венли шла бы с гордо поднятой головой, ликуя от этой победы.

Сегодня она была слишком расстроена. Она пошла искать сестру, не обращая внимания на приветственные оклики в ритме радости. Где же Эшонай? Не могла же она снова уйти, не сказав ни слова…

К счастью, Венли нашла ее в дозорной башне, возведенной у разрушенной стены возле главных ворот. Эшонай стояла на самой вершине, глядя на северо-запад – в том направлении, откуда пришли человеки.