Книга Осколок зари, страница 41 – Брендон Сандерсон

— Но такая громадина? С таким толстым панцирем?

— Мертвые большепанцирники не тонут, – сказал кто-то. – Разлагаются, а куски плавают. Я сам видел.

Преисподняя! Знаний отчаянно не хватало, чтобы Рисн могла продолжать разговор в том же духе. И все же казалось маловероятным, что эту жуть случайно прибило к борту корабля. А если рассмотреть другие варианты? Предположим, экспедицию взялся сорвать не один человек, а целая организация. Или это внешний враг – у него есть Сплавленные, наделенные способностями, аналогичными талантам Сияющих. Это может быть светоплетение, духозаклятый муляж или что угодно еще.

Рисн не собиралась сдаваться. Уж точно не раньше, чем хорошенько все обдумает и, возможно, осмотрит труп. Иногда в переговорах самое главное – верный подход.

— Спасибо за разъяснения, – сказала она. – Теперь давайте поступим правильно. Вооружитесь абордажными крючьями и приготовьтесь взять труп на буксир.

— Зачем? – проворчал какой-то матрос. – Мы же не собираемся нажиться, с вашей помощью выставив на торги его панцирь?

— Конечно нет, – вздохнула Рисн. – За кого вы меня принимаете? Мы устроим достойные похороны. Исполним последнюю волю сантида – сохраним панцирь во имя радости и процветания, которые символизирует это существо, и преподнесем его королеве. Нам повезло случайно найти сантида, и теперь он покинет сей мир, как подобает столь величественному и удивительному созданию. Мы сожжем его труп.

— Повезло? – переспросил Кстлед.

— Конечно! – ответила Рисн.

Она приучила себя бесстрашно разговаривать с людьми, даже когда они нависали над ней, сидящей, как теперь, но все же порой чувствовала себя уязвимой и слабой. Моряки смотрели на нее скептически, некоторые злились.

«Подход, – напомнила она себе. – Ты никогда ничего не продашь, если не веришь, что товар стоит запрашиваемой цены».

— Бедняга подвергся нападению, – продолжила Рисн. – Посмотрите на трещины в панцире.

— Убить сантида – очень плохо, – отреагировал кто-то. – Ужасные последствия.

— Но не мы тому виной, и теперь удача отвернется от того, кто это сделал. – Рисн подкрепила жестом свои слова. – А нам действительно везет, ведь мы нашли большепанцирника, увидели его раны и можем позаботиться о теле.

— Мы не должны прикасаться к трупу сантида. – Кстлед скрестил руки на груди.

— В Тайлене я видела их панцири, – возразила Рисн. – Один – в военно-морской академии!

— Не злой умысел стал причиной смерти тех сантидов, – покачал головой Кстлед. – Они сами оказались на берегу – их выбросило прибоем.

— Океан так велик, а мы все же наткнулись на это крошечное, в сравнении с ним, тело. Случайно ли? Несомненно, нас привела сюда душа сантида, чтобы мы, увидев его труп, позаботились о нем. – Рисн помолчала, будто размышляя о чем-то. – Это хорошее знамение. Мы оказались здесь неспроста. Это знак доверия.

Ее одолевали сомнения, которые пока удавалось скрывать, но не развеять: аргументы-то слова доброго не стоят, того и гляди размокнут и пойдут ко дну, точно бумажный кораблик. Опора на суеверия, особенно если сама относишься к ним скептически, не слишком надежна.

Тем не менее как будто сработало. Рисн заметила, что некоторые матросы кивают. В том-то и дело, что знамения – мнимые указания свыше – можно толковать как угодно. Так почему бы не в позитивном ключе?