Книга Ветер и Правда. Том 1, страница 415 – Брендон Сандерсон

На глазах у Сигзила они снова подтянулись. Потрясающе! Он спикировал, вложив в удар немного больше силы, и сумел воткнуть копье чуть глубже. На сей раз он был готов к внезапному броску противника, но все равно еле сумел увернуться. Поблизости выстроилась шеренга тяжелой пехоты: солдат в самых крепких доспехах, вооруженных боевыми молотами. Это лучший способ борьбы с Грандиозными силами обычных войск.

Отряд пехотинцев атаковал Сосредоточенного. Тот молниеносным рывком схватил солдата в полной броне за голову. Рука сбросила напряжение, складки вокруг предплечья размотались, словно кольца резко провисшей веревки. На этот раз Сигзил разглядел больше: эффект от сброса напряжения у запястья напоминал расслабление пружины и значительная часть высвободившейся силы устремилась в пальцы. Вся накопленная потенциальная энергия ушла в и без того мощную хватку.

Голова лопнула. Шлем не спас.

Шквал побери! Вьента принялась нашептывать Сигзилу цифры, анализируя передачу усилия, однако в это мгновение битва утратила для него академический интерес. Он задвигался, собирая бойцов окриками и взмахами поднятого копья. К несчастью, именно в этот момент неболомы предприняли очередную серию назойливых ударов. Вместе с прочими ветробегунами Сигзил был вынужден оказать поддержку с воздуха, чтобы не допустить сброса врагов в тыл своим войскам.

Следующие пятнадцать минут в небесах царил хаос: Сигзил сражался сквозь пелену дождя, отгоняя соплеменников-людей, которым следовало бы находиться на его стороне. В конце концов он улучил минутку, чтобы выйти из боя и проверить, как держится оборона, проигнорировав красный огонек одного из шести рубинов даль-перьев, закрепленных на его руке. Огонек указывал, что Лейтен требует его внимания. Но это подождет.

Войскам удалось помешать противнику захватить плато целиком. Этому способствовало прибытие маленького отряда ветробегунов, сжимавших веревки, на которых болтались фигурки: люди в осколочных доспехах. Наложить сплетение на осколочный доспех нельзя, но можно подняться самому и донести человека в доспехе, обвязав веревкой. Они отбивали параллельную атаку на Нарак-один, но здесь Сигзил нуждался в них больше, а такой метод переброски был самым быстрым.

Ветробегуны перерезали веревки, и четверо носителей осколков рухнули на поле боя, разбив доски настила. В руках у них появлялись клинки. Последним упал пятый человек, тот, кого называли Буревой Стеной. Дами, риранец-камнестраж. Вокруг него соткался доспех – самый объемный и громоздкий из виденных Сигзилом. Его сочленения и символ на груди мерцали опасным оранжево-золотым светом. В этой броне Дами на голову возвышался даже над другими носителями осколков.

Сигзил не присутствовал в Эмуле, когда Дами произнес Четвертый Идеал, но, по рассказам очевидцев, это было впечатляюще. Буревая Стена призвал не осколочный клинок, а внушительный осадный щит ростом с себя, покрытый шипами. Решительно упер его в землю перед собой, затем отпихнул с дороги одного Грандиозного, одновременно ударом кулака разворотив лицо другому. Повязанные у него на запястьях и пропущенные сквозь доспех цветные ленты задвигались сами собой: обвились спиралью вокруг его кулака, сами превратились в подобие лезвий, повинуясь искусству камнестража.