Книга Ветер и Правда. Том 1, страница 304 – Брендон Сандерсон

Вьента нашептывала подсчеты на основе увиденного, и Сигзил передавал их Ка для последующего доклада. Затем все вместе они полетели обратно в Нарак на встречу с батальон-лордом, руководившим обороной: зеленоглазым алетийским генералом, немногим старше Сигзила. Полтора года назад этот человек, Баливар, был лейтенантом.

— Наши военачальники собрались? – спросил Сигзил, приземляясь.

— Так точно! – отчеканил Баливар, отдавая честь.

— Ведите.

Их проводили с идеально круглого Нарака-два – Клятвенных врат – в юго-западную часть Нарака-один. Как и на многих других центральных плато, вокруг этих двух теперь стояли толстые высокие стены, выстроенные камнестражами.

— Как хорошо, что у слушателей таких стен не было, – тихо проговорил Лейтен, потирая подбородок. – Мы бы никогда эти плато не захватили.

Интендант, бросая вызов традиции, носил кучерявую светло-каштановую бороду. Из первоначального состава Четвертого моста он обладал чуть ли не самым легким характером, и он присутствовал тогда, в самый первый день, когда Каладин повытряхивал их из постелей.

— Тебе просто нравится, какой аккуратный и упорядоченный вид придают стены, – засмеялась Ка.

Будучи алети, она стригла волосы короче большинства.

— Качественно разграниченный военный лагерь – это восхитительная красота, – ответил Лейтен. – Всё на своих местах, плотно уложено, как в хорошо собранной котомке.

Их привели к маленькому, надежно охраняемому зданию на Нараке-один, где дожидались распоряжений остальные военачальники Сигзила. После длительной беседы с Норкой распоряжения у Сигзила имелись, но он не был уверен, как их воспримут остальные.

Войдя в комнату с разложенными на столах и развешанными по стенам картами, Сигзил обвел взглядом десяток собравшихся военачальников и письмоводительниц, занятых в подготовке к обороне.

Он глубоко вздохнул, успокаивая нервы. Настало время вести за собой.

— Я намереваюсь изменить применяемый вами подход, – начал он, взмахнув рукой над расстеленной на столе картой окрестных плато. – Вы стянули все наши силы на два плато: Нарак-один и Нарак-два. Верно?

— Так точно, – ответил Баливар, нахмурившись. – Это самое логичное действие. Эти две точки наиболее важны, а число защитников ограниченно. Так мы лучше всего укрепим наши позиции.

— Я же хочу, чтобы войска были распределены по всем плато, обнесенным стенами, – указал Сигзил на Нарак-один и – два, но потом также на Нарак-три и – четыре.

— Сэр? – подал голос другой генерал, постарше, с совершенно седой головой; Сигзил припомнил из услышанного на предварительных совещаниях, что зовут его Уинн. – Действительно ли это мудро? Разве нам хватит войск для защиты четырех плато?

— Нет, – ответил Сигзил. – В этом и смысл.

Собравшиеся потрясенно уставились на него.

— В инженерии, – пояснил Сигзил, – есть принцип, согласно которому в конструкцию встраиваются критические точки. Скажем, в мост. Его сооружают так, что первыми сломаются определенные части.

— Сэр, зачем строить так, чтобы он ломался? – спросил Баливар.

— Затем… – кивнула одна из письмоводительниц. – Затем, что, если знать, где произойдет надлом, его можно предвидеть.

— Именно, – согласился Сигзил. – Если мост грозит обрушиться, лучше понять, что нагрузка на него слишком велика, до того, как он проломится, потому что тогда это можно исправить. В большинстве случаев в качестве места слома выбирают точку не из числа жизненно важных, чтобы уберечь те, которые таковыми являются. – Он впечатал палец в карту. – Нам необходимо защитить Нарак-один. Если потеряем его, то, по условиям договора, потеряем всю область: военные лагеря, Ничейные холмы, всё. Этот край нам нужен. Враг направляет сюда войска большой численности, потому что знает об этом. Без Расколотых равнин мы не сможем поддерживать снабжение Уритиру. Нападение здесь – это попытка заморить башню голодом, поскольку врагу известно, что теперь, после ее пробуждения, атаковать напрямую не выйдет. – Он снова ткнул в карту. – Мы не можем себе позволить потерять Нарак-два. Клятвенные врата абсолютно необходимы для снабжения нас самосветами, для получения нашими войсками медицинской помощи в Уритиру, а в крайнем случае – для безопасного отступления.