Книга Ветер и Правда. Том 1, страница 106 – Брендон Сандерсон

Он добился заметных успехов в светоплетении, и теперь его голос все лучше менялся под стать внешности.

— Даже на лошадь не напали. Ждут, пока мы успокоимся?

Сияющая поразмыслила над этим.

— Нет. Они не хотят привлекать внимание. Мелкая атака на кого-то, кто дорог Шаллан, принесет им сиюминутное удовлетворение, однако навлечет на них всю мощь гнева Далинара. Мрейз будет действовать тоньше.

Газ недовольно хмыкнул, что не вязалось с выбранным лицом. Ему нужно больше практики. С этой же целью Сияющая, убедившись, что Адолин в порядке, уступила место Шаллан. Для лучшего соответствия маскировке та сильнее ссутулилась, сунула руки в карманы и принялась кусать губы, что выглядеть совсем не по-шаллански.

— Никаких угроз, – прошептала она мужским голосом. – Никакого взаимодействия. Я надеялась, нам удастся пресечь нападение на кого-то из нас, а затем проследить за нападавшими. Такое молчание нервирует. Надо выяснить, Газ, что они затевают.

— Наши агенты контролируют входы в башню и основные коридоры, – сказал он. – Но даже с учетом проплаченных информаторов не могу гарантировать, что мы нападем на след духокровников.

Шаллан кивнула, кусая губы в задумчивости.

— Духокровники не смогут остаться в стороне от сегодняшних событий. Адолина они не тронули, но наверняка за ним наблюдают. Как и за Далинаром, Навани и любым, кто, по их мнению, может что-то знать. Рано или поздно мы заметим подходящий объект для слежки.

Газ медленно покивал, расслабленно привалясь к стене со скучающим видом. С минуты на минуту должен подойти с докладом еще один светоплет – Схоб. Прежде Газ то и дело почесывал щетину и каждую секунду проверял бывшее слепое пятно. Под маскировкой такое случалось реже, он лучше контролировал свое поведение.

— Ты делаешь успехи, – отметила Шаллан.

— Спасибо, – отозвался он. – Надо было чем-то занять время.

— А как с азартными играми?

Газ пожал плечами.

— Сколько задолжал на этой неделе?

— Нисколько.

— Уже намного лучше.

— Только потому, что сумел вообще не играть, – пояснил он. – Помните, вы мне советовали установить определенную сумму и проигрывать не больше ее?

— Ну и как? – оживилась Шаллан.

— Без толку, шквал побери. Простите.

— Эх!

— Если я сажусь играть, мне становится все равно, – объяснил Газ. – В этом-то и проблема с самого начала. Потому я и докатился до мостовых расчетов и оказался под пятой у парочки мелочных светлоглазых. Потому в конце концов и дезертировал. Никакая установленная сумма со мной не работает. Просто надо заняться чем-то другим.

— Трудно? – спросила Шаллан, подумав о брате с такой же проблемой. Может, способ Газа поможет и Йушу.

— Ага. Приноровился целыми днями планировать, как буду ставить, – ответил он. – Продумывать стратегии – по большей части бесполезные. Выстраиваю в уме, как каждая партия станет первым порывом грядущей бури побед, которая вытащит меня из ямы. Каждый выигрыш улучшает настроение, как будто еще немного – и я начну чего-то стоить.

Вокруг него завертелись оранжевыми буравчиками спрены отвращения, устремленные в землю.

— Дело не в игре, – меж тем говорил Газ. – Дело в том, что я представлял, каково будет выиграть только затем, чтобы потом провалиться с треском. От этого возникало чувство, словно я упустил что-то, что мне полагалось. От этого все остальное теряло вкус. До такой степени, что в итоге я превратился в бессердечную тварь, каждый день посылавшую парней на гибельные вылазки с мостами.