Книга Отвергнутая истинная Высшего дракона, страница 45 – Аурика Рейн

— Через три недели мы с государем венчаемся, – говорит Велиса, разрезая мясо на тонкие ровные ломтики. – Ты как раз успеешь посмотреть, дорогая, прежде чем Совет решит твою судьбу. Не каждой горной дикарке выпадает увидеть истинную свадьбу Высших так близко.

Я поднимаю на неё глаза, потом перевожу их на Каэна и говорю тихо, тем самым наивным монастырским голосом, который выучила.

— Я никогда не видела свадьбы Высших. Только слышала, что бывает и наоборот. Что жениха приводят к алтарю, а он говорит нет и уходит. У нас в монастыре считали это сказкой для непослушных невест. Неужели правда так бывает, лорд Драстар?

За столом делается очень тихо.

Каэн смотрит на меня через стол. Лицо его не меняется, лорд-протектор слишком хорошо выучен. Но рука у кубка на миг сжимается, и под манжетой правого рукава, там, где плетение, проступает короткий серебряный свет. Велиса тоже это видит. Улыбка её не дрожит, но пальцы сами тянутся к корсажу, к спящей цепи, будто проверить.

— Бывает всякое, – отвечает Каэн наконец. Голос ровный. – Иногда тот, кто говорит нет, спасает обоих от того, чего им не пережить вдвоём.

Он смотрит мне прямо в глаза, когда это говорит. И я впервые за весь вечер не нахожусь, что ответить.

Остаток ужина я почти не помню. Велиса говорит о гостях, о платье, о порядке церемонии. Каэн молчит. Метка под лопаткой не гаснет до конца, и когда меня наконец отпускают, я почти бегу по коридору к себе, чтобы остыть, прежде чем серебро прорвётся само.

~

Лиза приходит через окно.

Я уже знаю её немного. Это третья кандидатка, из клана Серн, та, что на верификации отвечала хранителям так точно и быстро, будто читала с листа. Она не трудится стучать и не трудится объяснять, как прошла мимо гвардейцев в гостевом крыле.

— У тебя на окне старый замок, его открыть шпилькой, – говорит она вместо приветствия, перекидывая ногу через подоконник. – Скажи коменданту, если хочешь спать спокойно. Хотя на твоём месте я бы радовалась плохим замкам. Через них ходят друзья.

Она садится на край моей постели, поджав ноги, и сразу переходит к делу.

— Я смотрела на госпожу Виран за обедом сегодня. У неё на шее, под воротом, артефакт. Тонкая цепь, серебро, камень с двойной спиралью. Ты заметила?

— Заметила, – говорю я осторожно.

— Это симулякр Виран. – Голос Лизы делается тише и жёстче. – Я думала, их все уничтожили. Их запретили Пактом Тордосса двести лет назад, под страхом смерти, для всех клановов без изъятия. Эта вещь имитирует драконью связь и глушит настоящую. Носить её – преступление против Пакта. А носит её невеста лорда-протектора, открыто, у него под носом. Либо он не знает, что у неё на шее, либо знает и молчит. Я пока не решила, что из двух хуже.

Я молчу. В памяти разворачивается голос Тордана: берегись той, у кого будет вторая такая спираль, под ней кто-то прячет не себя. Тогда я думала, что не понимаю его слов. Теперь понимаю половину, и эта половина холодит сильнее, чем целое незнание холодило прежде.

Лиза встаёт, отряхивает колени.

— И ещё одно. Мира свела знакомство с архивариусом. Молодой, упрямый, зовут Никодем, сидит на верхних ярусах имперского архива и никого не пускает на нижние. Мира ходит к нему через день, под тем предлогом, что ей нравятся старые карты озёрного края. Если нам понадобится то, что прячут внизу, дверь у нас почти есть. Я говорю тебе это не из доброты. Дочь мёртвого клана, которая хочет дожить до старости, должна знать, где в этом дворце двери.