Книга Развод. Пока любовница рожала, я думал о жене!, страница 19 – Дари Дэй

В её глазах загорелась надежда, а я подняла вверх ладони.

— Нет, многого от меня не жди. Но если работа действительно нужна, оставайся у меня в кафе.

Милана растерянно огляделась по сторонам.

— Здесь?.. — неуверенно уточнила она, и на миг мне почудилась брезгливость на её, теперь уже не безупречном, лице.

Что ж.

Выбор будет за ней.

Уж уговаривать я точно не стану.

— Здесь, — я откинулась на спинку плетёного кресла и сложила на груди руки. — Правда, пока свободна только должность уборщицы. Но если хорошо себя покажешь, то и до официантки повысим. У нас хорошее кафе, гости часто оставляют чаевые. Ну что, готова на такое?

Больше минуты мы напряжённо смотрели друг другу в глаза.

Месть?

Может быть, с моей стороны это и была своеобразная месть.

Но ведь упакована она была в виде помощи!

И пусть кто-то только посмеет в этом усомниться.

Решение оставалось за ней.

На что Милана способна, чтобы начать новую жизнь, где ей придётся опираться лишь на себя?

— Готова, — наконец выдохнула она.

Я коротко ей улыбнулась.

— Когда я могу приступить?

— Хоть сегодня. И если тебе требуется ежедневный расчёт, скажешь бухгалтеру. Я предупрежу, чтобы твою просьбу выполнили.

— Спасибо, — кивнула Милана.

Я кивнула в ответ.

Древняя мудрость гласит:

«Держи друзей близко, а врагов ещё ближе».

Да и в конце концов труд даже из обезьяны когда-то сделал человека.

Глядишь, и из Миланки со временем толк выйдет.

Займёмся её перевоспитанием.

— Милан, — окликнула я её, когда она уже встала из-за стола, — а ребёнок-то от кого?

— А, я не сказала? — спрятала девушка взгляд. — От Бергмана. Он тогда... согласился помочь мне в этом вопросе.

И тут в моей голове всё встало на свои места.

БАГРАТ

— А на выходных мы пойдём в парк аттракционов? — Варька ползает по мне, словно маленькая обезьянка. То на шею залезет, заставляя меня скакать лошадкой по полу и возить её, пока она представляет себя воеводой. То на ручки заберётся, сделав из папки самолётик по имени «Баг». Да уж, сократила моё имя она филигранно. Баг так Баг.

Я смеюсь, а сам мельком поглядываю на Аню. Она суетится на кухне, чашечками своими фарфоровыми звенит, ложечками серебряными что-то мешает.

И так мне нравится у них дома!

Так здесь уютно, всегда смех, радость, тепло.

И меня сюда как магнитом тянет.

Бывшая жена уже смотрит порой так, мол: «Пустила однажды на свою голову, теперь поганой метлой его отсюда не выгнать».

И ведь не выгнать.

Прихожу и знаю, что Варька мне искренне рада.

И что это за чувство!

Да я все деньги мира за это чувство готов бы отдать!

И Аня рада.

Знаю, что все эти её хмурые взгляды — напускное.

Бравада.

Интересно, у неё так же сердце сжимается, когда наши взгляды случайно встречаются?

Потому что моё сжимается, да.

А потом стучит где-то в горле, мешая дышать.

Ну я и не дышу почти.

Весь замираю, смотрю на неё: как моет посуду, любовно расставляя свои фарфоровые чашки по полочкам. Или как варит спагетти, помешивая их деревянной лопаткой и стоя о чём-то задумавшись. Или как разговаривает со своей дочкой — сколько в этом голосе ласки.

Мне хоть кусок этой ласки когда-нибудь достанется?

И горжусь ею, да.

Конечно, горжусь.

Потому что вижу, как она включена в своё дело.

Всё время на телефоне, вопросы какие-то решает — да так филигранно, блестяще, будто для этого и была рождена.