Книга Крысиный король, страница 30 – Валерий Шарапов

— Да, я понял, – ответил Плотников. – В прошлый раз в отделе кадров нам выдали адрес Васильева, но нам необходимо его личное дело, с характеристикой и анкетой. Наталья Александровна, я прошу вас дать распоряжение.

— Понимаю, – устало произнесла заведующая, подошла к столу и подняла трубку.

В ней уже не было прежней собранности. Плотникову показалось, что даже ее плечи слегка поникли, но вот лицо по-прежнему было строгим, с морщинкой между бровей, которая совсем не портила ее выразительное лицо.

* * *

Внутри здания автовокзала было не протолкнуться. Из динамиков то и дело доносилось неразборчивое приглашение пройти к автобусам, отправляющимся по определенному рейсу. Михалюк напряженно всматривался в пространство в поисках одному ему известных деталей, в то время как Миролюбов, обезоруживая открытой улыбкой, заглядывал в окошки касс и спрашивал, показывая кассирам фото Васильева, не кажется ли им знакомым этот молодой человек.

Михалюк увидел дежурного милиционера и направился к нему. Предъявив документы, он что-то спросил, на что тот кивнул и указал рукой в сторону. Оглянувшись, Михалюк заметил стенд с объявлениями.

— Слушай, Васильев уже в пятницу не появился в ателье, – начал Миролюбов, подходя к Михалюку, когда тот лепил на стенд ориентировку.

— Ну дело молодое и в пятницу погулять любит, – рассеянно ответил тот. – Ты мне лучше скажи, где он был накануне вечером? Он после работы сразу домой пошел или уже тогда загулял? – размышлял майор.

— Раз дело завели, то надо заново опросить соседей и сослуживцев, – с готовностью отозвался капитан.

— Дуй сейчас в управление, пусть Геннадьевич ордер на обыск его комнаты организует. А то целый день по этим вокзалам мотаемся, а он, может, и не думал никуда уезжать. Заодно прямо на месте разберемся, что за фрукт был такой, а то что-то насквозь положительный получается, а шмотки импортные доставал! – предложил Михалюк, хлопая напарника по плечу.

* * *

Вдоль узкого коридора шла Лена. В руках она держала тетрадки с конспектами. От быстрого шага ее широкая сумка с расстегнутой молнией болталась на бедре.

— Стой! Подожди! – требовал молодой человек с кудрявой, остриженной на затылке шевелюрой. – Ты обиделась, что ли?

— Представь себе! – огрызнулась девушка. – Я прождала тебя почти два часа! А потом узнаю от посторонних, что оказывается, ты уехал куда-то со своими друзьями. Спасибо, что через моих знакомых предупредил!

Она прибавила шагу, и парень, пусть и был выше ее ростом, все же слегка отстал.

— Да, прости, Лена, это и в самом деле было по-свински. Но и ты пойми, пожалуйста, не каждый день известный профессор приглашает к себе домой. Ты не представляешь, Ленка, какая у него библиотека! – воскликнул он восторженно.

— Ради этого, безусловно, можно забыть про свою девушку, – саркастично заметила она.

— Представь себе, ради этого можно и потерпеть муки ущемленной гордости! – раздраженно огрызнулся Тимофей.

От него самого дома всегда требовали результатов. Отец Тимофея, Никита Ефимович, служивший главным бухгалтером на химическом заводе, любил повторять: «Если нет результата, то, считай, ничего и не делал, а так, прохлаждался». Поэтому Тимофей, с самого детства не знавший снисхождения, не понимал, зачем проявлять его к другим, когда главное – достигнуть цели.