Книга Опрокинутый в жизнь, страница 15 – Алексей Небоходов

Следующими ушли Маша и Дима — ей нужно было на тренировку, ему — доспать после ночной смены. Маша держалась прямо, двигалась чётко, экономно. Дима, наоборот, шагал расслабленно и вместе с тем мощно, занимая собой всё доступное пространство. Они шли, сцепив руки — контраст и странная гармония.

Ваня и Наташа задержались ещё ненадолго — ему нужно было обсудить с Семёном смену на следующую неделю, а она никуда не торопилась, рассматривая накрашенные ногти с преувеличенным вниманием. Когда они наконец направились к выходу, Ваня привычно обнял её за талию.

— Идёшь, Петя? — Мила стояла рядом, терпеливо ожидая, пока он допьёт чай. — Я тебя до дома провожу.

Сергей поднялся первым, отодвигая стул Пети с непринуждённой заботливостью:

— Я сам его провожу, Милочка. Мне всё равно в ту сторону.

В голосе не было вопроса — только утверждение, не подлежащее обсуждению. Мила на мгновение замешкалась, что-то промелькнуло в её глазах, но она тут же улыбнулась:

— Конечно, Серёж. Тогда до завтра, Петенька.

Она поцеловала Петю в щёку, оставив лёгкий след помады, который тут же вытерла большим пальцем. Он просиял, а Сергей положил ладонь ему на плечо — тяжёлую, с крупными пальцами, которые слегка сжались, направляя паренька к выходу.

Набережная встретила Колю и Свету прохладным ветром с моря. Здесь, вдали от центральной части с её туристами и местными гуляками, было тихо. Бетонные плиты под ногами покрылись трещинами, из которых упрямо пробивалась трава. Металлические перила, отделяющие дорожку от обрыва к воде, давно потеряли первоначальный цвет, приобретя оттенок чего-то среднего между ржавчиной и облупившейся зелёной краской.

Они шли молча, не касаясь друг друга, но рядом — в том особом пространстве близости, которое не требует постоянного физического подтверждения. Света смотрела на волны — тёмно-серые, с барашками белой пены, мерно накатывавшие на берег. Коля глядел под ноги, будто боялся споткнуться, хотя на самом деле просто наслаждался возможностью идти рядом, не думая о словах.

Они молчали — не неловко, а уютно, как люди, которым не нужно поддерживать разговор и заполнять затянувшиеся паузы. Слышался плеск волн, крики чаек и отдалённый шум города за спиной — привычные звуки Сегадайска, которые они полюбили за полтора года вместе.

Света первой заговорила — негромко, но в вечернем воздухе голос разносился отчётливо:

— Ты видел, как испугался Петя? Он не понял, что произошло. Только почувствовал, что все расстроены.

Коля кивнул, не отрывая взгляда от дороги.

Света продолжила, задумчиво глядя перед собой:

— Знаешь, что самое странное? Когда его все утешали, он выглядел спокойнее, чем мы сами. Будто это он должен о нас позаботиться, а не наоборот.

Они подошли к старой скамейке, стоящей лицом к морю. Здесь давно никто не сидел, дерево потемнело от влаги и времени, но сиденье было сухим. Света опустилась на неё, и Коля сел рядом, сохраняя между ними расстояние в несколько сантиметров — не из стеснения, а из уважения к её личному пространству. Она сама подвинулась ближе, и их плечи соприкоснулись.

— У него синдром Дауна, Коля, — сказала Света, глядя на горизонт, где море сливалось с небом в единую серую линию. — Он умственно отсталый. Многого не понимает и никогда не поймёт.