Книга День, когда я исчезла, страница 64 – Ким Харим

— Одиннадцать лет назад в день выпускного на той самой крыше вы столкнули Минсо и убили ее. Полиция арестовала вас. Я знаю именно такую версию. Но… без подробностей. Вы же считаете, что провели одиннадцать лет в коме. Звучит весьма странно. Я хотела сказать именно это.

Ёнён не могла дышать. Голос Сон Ухён по-прежнему дрожал, охваченный страхом, она произнесла шепотом:

— Уверена, вы не были все это время в больнице без сознания. Такого не может быть.

В голове Ёнён все шло кругом. Казалось, сейчас мозг взорвется от полученной информации. Ёнён постаралась взять себя в руки:

— Тогда где я была? Вы что, хотите сказать, будто я, как все, ходила на работу и вела обычный образ жизни? Если это так, то где-то бы остались свидетельства этого. Но я была в банке…

— Вы наверняка сидели в тюрьме.

Кровь прилила к голове Ёнён, будто она получила сильный подзатыльник.

— Насколько я знаю, вам вынесли приговор, и десять лет вы провели в тюрьме.

Ёнён знала только, что она потеряла память, а Минсо живет в Америке, со слов Санми.

А как же больница? И врачи…

Опекун ради спокойствия пациента может попросить врачей поддержать нужную легенду. Высока вероятность, что в больнице пошли на этот шаг, потому что там всегда заботятся в первую очередь о выздоровлении пациента.

Рука, державшая телефон, задрожала. На самом деле дрожало все тело, а дыхание участилось, словно Ёнён забыла, как надо дышать:

— Разве бывает такое, чтобы человек взял под опеку того, кто убил его дочь? Это не поддается логике! Это просто невозможно, – прошептала Сон Ухён, охваченная страхом. Казалось, она переживала даже больше, чем Ёнён.

Ёнён же казалось, что она потеряла связь с реальностью. Оказывается, она не знала всей правды не только о сестре, но и о самой себе. Ёнён почувствовала, будто ее разум отключился.

В комнате, освещаемой единственным ночником у кровати, было темно. В гостиной наверняка так же. Может, сбежать под покровом ночи? В первую очередь надо уйти отсюда. Санми пока что не догадывается, что Ёнён узнала всю правду.

Как же мне поступить? Странно. Если все это правда, выходит, Санми сама привела к себе домой человека, убившего ее дочь.

Рука, державшая телефон, дрожала так, что пришлось прижать ее другой.

В этот момент Ёнён осознала: в комнате совершенно тихо. Звуки воды из душа, доносившиеся до нее как колыбельная, больше не слышны. И это произошло не только что. Такая тишина наступила уже давно.

Как давно вода перестала шуметь?

По коже пробежали мурашки. Ёнён не могла решить, что же ей делать. Где сейчас Санми, она тоже не знала. Стояла полная тишина. Все из-за того, что Ёнён была охвачена паникой и слишком сосредоточилась на разговоре.

— Ким Ёнён? Алло? Меня слышно? – Из телефона доносился голос Сон Ухён.

Ёнён положила трубку и установила беззвучный режим, чтобы не выдать себя, если снова позвонят. В комнате было слишком тихо. На самом деле во всей квартире стояла звенящая тишина. Ёнён боялась открыть дверь, казалось, что за ней стоит Санми.

«У вас все в порядке?» – На экране телефона высветилось сообщение от Сон Ухён, но Ёнён не шелохнулась.

Сердце бешено стучало. Она все еще не верила словам Ухён, но не поверить при этом было невозможно. Она ничего не помнила, поэтому не могла отрицать услышанное. Проигнорировать тоже не могла. Пока память не вернулась к ней, она легко может поверить всему, кто бы что ни сказал.