Книга Игра в мафию, страница 8 – Ким Харим

В отличие от «коллективного убийства в масках», о «суставном убийстве» большинство людей не знают или не помнят. В объявлении говорилось об этих, казалось бы, не связанных друг с другом происшествиях и утверждалось, что эксперимент устраивается с целью раскрытия «коллективного убийства в масках» при помощи новой ниточки, появившейся в деле о «суставном убийстве» и известной лишь следователям. Вместе с обещанием огромной суммы выплаты за участие организаторы не забыли включить в объявление и завлекательную фразочку о гарантированном интересном времяпрепровождении и опыте. Связь между двумя происшествиями не разъяснялась.

Поскольку основой «коллективного убийства в масках» была анонимность, становилось понятно, почему при проведении эксперимента будут сокрыты личности участников. Условия предлагались неплохие. Времени на сон давали достаточно. Проведению игры отводился весьма короткий промежуток – с полудня до шести вечера. Остальное время было свободным, и хотя это называлось опытом испытания самообладания, за что платили большие деньги, настроение было такое, будто едешь в отпуск бесплатно, да еще и деньги дают.

Конечно же, Чунсон, будучи умным и тонким человеком, колебался. На кону стояли большие деньги, но ведь эксперимент есть эксперимент. Впервые увидев объявление, Чунсон вспомнил о «Стэнфордском тюремном эксперименте»^[8], «эксперименте Милгрэма о повиновении»^[9]. Однако, судя по объявлению, эксперимент проходил с участием полиции и при поддержке правительства, поэтому он рассудил, что опасного ничего нет.

Поскольку первый этап проходил преимущественно за популярными играми, процесс не вполне воспринимался как эксперимент. Но мысли о том, что именно теперь, на втором этапе, и будут проходить настоящие испытания, заставляли беспокоиться. Когда вокруг стало тихо, Чунсон очнулся от размышлений. Вскоре даже общавшиеся люди стали говорить меньше. Пусть они уже провели вместе несколько дней, это не делало их ближе, а значит, и круг бесед был ограниченным.

Открылась дверь с табличкой «STAFF ONLY», и вошли трое организаторов.

Чунсон знал того, кто вошел первым. Это Хон Кичжу́н. Ведет весь эксперимент. Согласно тому, как он представился, опыт работы в силовых структурах – восемь лет, почти десять лет опыта работы в отделе экспертизы криминальным поведенческим аналитиком. Чунсон когда-то видел интервью с ним по телевизору, поэтому знал, кто это. Известный человек и к тому же способный.

Возраста сорока с небольшим, он производил впечатление колючего человека. В его лице и стиле речи было что-то мрачное и напускное, и Кичжун никак не относился к типу располагающих к себе людей. И его черный костюм, и кожаная обувь с отливом, и элегантная стрижка слишком отличали его от участников, а потому он был еще более неприятен.

Хон Кичжун осмотрел неразличимых друг от друга участников и заговорил:

— Во время первого этапа эксперимента мы с вами однажды встречались и вот теперь видимся снова спустя две недели. Я очень рад. Как вам известно, второй этап является завершающим. Как и на первом этапе, вы можете свободно проводить время здесь, а в дневное время добросовестно выполнять предписываемые организаторами действия.

Боясь, что на этом комментарии закончатся, Чунсон спросил: