Книга Межевик, страница 104 – Дмитрий Билик

— Ладно, давайте думать, что с этим блудом делать. И кто он вообще такой?

— Слышал, что бывает — человек куда-то пошел, а потом заплутал? — оживился Колянстоун. — Понятно, больше на окраинах или на границах леса и деревни. Вот блуда дело. Раньше-то их много было, под лешими ходили. Говорят, потом разлад какой-то случился, и блуды как один в города подались. Да и пропали. Хотя, казалось бы, наоборот должно быть.

— И силен этот блуд? — спросил я.

— Тьфу ты, тоже мне извержение вулкана на приборе таракана. Будь я в теле, сам бы с ним одной левой размахался. Да и любой упырь бы справился, но тут их правда, не могут войти в дом без дозволения. Даже многоквартирный, где хозяев много.

— Короче, говори, чего надо сделать, куриного бога повесить на себя? Щас сделаем, я ворвусь и быстро его погашу, — встряла девушка.

— Ой, Лера, такая умная у тебя голова, — с придыханием сказал Колянстоун, — И такой дуре досталась…

После этой фразы обрубка пришлось защищать, потому что рубежница почему-то с заключением не согласилась.

— Хватит! — рявкнул я, осознав, оставаться спокойным рядом с этой парочкой становится все сложнее.

— А чего она? Куриный бог только мелочь и отпугивает. Обычно такие безделушки свидетельствуют, что о нечисти тут знают и ее не боятся.

— Давай к сути, как обезопасить себя от блуда?

— Ножичком себе все отчекрыжить и обезопасить, — хохотнул Колянстоун. — Тогда никакого блуда не будет.

Я подкинул его в воздухе и сделал шаг назад, чем сразу воспользовалась Лера. Она с ловкостью волейболистки подхватила головешку и отвесила такую пощечину, что даже у меня по спине мурашки пробежали. Да, бить людей нельзя, это плохо и ни к чему не приводит. Но это все в теории. На практике, как правило, действует ровно наоборот. До некоторых доходит все лишь после физического вмешательства.

— Да ладно, вы чего такие серьезные? Лера, перестань, пожалуйста, я больше так не буду.

Вот теперь пришлось вмешиваться. Потому что дай я ей волю, головешка бы перестала внятно говорить.

— Пользуетесь моей беспомощностью. Вот будь тело, хрена бы с два вы посмели…

— Коля, я тебя сейчас ей обратно отдам. Что делать надо?

— Ладно, ладно, чего началось? Короче, блуд сбивает с толку, заставляет мысль перескакивать с одного на другое. Ты вроде как теряешь концентрацию. Цель одна — определенным образом заякорить себя.

— Чего сделать? — не поняла Лера.

— Привязать к месту. Но это иносказательно. Хотя можно вполне и не иносказательно. Короче, должны быть вещи, которые не позволят тебе отвлекаться.

— Слушай ты, блин, загадочник, я тебе сейчас язык оторву, если ты не начнешь нормально изъясняться.

— Погоди, я вроде понял, что он хочет сказать.

— Ну хоть кто-то умный. Но если что, я знаю пару способов.

После пяти минут пустословия, странных поговорок про мужской детородный орган и двусмысленных замечаний в сторону Леры, Колянстоун наконец выложил все, что он знал про блудов, и то, как от подобных товарищей защититься.

Нет, вот правильно говорили, что предупрежден — значит, вооружен. Потому что попадись такая нечисть где-нибудь в лесу, то едва ли бы мне удалось с ней совладать. Хотя, судя по всему, этого бы делать не пришлось. Из услышанного выходило, что блуд — существо трусливое. Это только опытные и сильные из них могли убить чужан, кто послабее чаще питались страхом и отчаянием. Их хисту этого вполне хватало.