Книга Перерождение, страница 51 – Дмитрий Билик

Могучая волна силы, которая дохнула на меня обжигающим ветром, стала тому подтверждением. А ведь мы еще даже не выбрались на поверхность. Аккомпанементом ему был еле различимый низкий, почти стонущий звук варгана. В нем слышалась песня степей, свист ветра, скрип снежного одеяла и шорох крадущихся ног.

Я, понимая, что все самое интересное уже происходит без меня, прибавил ходу, чувствуя, как рвутся не готовые к таким нагрузкам мышцы. Хиста у меня было хоть отбавляй, а вот тело, пусть до определенной степени и усиленное промыслом, все же оставалось пока еще человеческим. Может быть, переступи я порог крона, оно и стало бы меняться, но до этого было ой как далеко.

Потому на поверхность я вылетел как пробка из бутылки, приземлившись рядом с уже стоящей лихо. Юния, как умная и ответственная со всех сторон нечисть, не стала бросаться из огня да в полымя. К тому же, у нее был вполне конкретный приказ — не вмешиваться. Да и что она сделает против изначального?

Тот уже прибежал и сердито входил в поселение, направляясь к чечюккэ и моему Мите, который все еще извлекал звуки из варгана. Прошло несколько секунд и рядом с рыжеволосым пацаном стали возникать его родичи, значит, выбрались из тоннеля. Они наперебой принялись шушукаться, рассказывать о чем-то своему родственнику. Хотя понятно о чем — жаловались на непрошенных гостей. Да еще не просто шептали, а нетерпеливо скакали вокруг, отчего у меня мельтешило в глазах. И с виду они все одинаковые, примерно одного возраста, разве что у парочки были заметные женские черты.

А вот что мне не понравилось — показательное спокойствие того наглого пацана, которому это все говорилось. Он не просто не испугался, а внезапно оскалился, демонстрируя мне крепкие желтоватые зубы — будто только и ждал моего прихода. Я, как мастер спорта по нехорошим предчувствиям, ощутил внизу живота какое-то странное шевеление.

— Дедушка, вон тот человек украл твой подарок! — без обиняков ткнул в меня пальцем чечюккэ.

Бык Зимы, который уже вошел в поселение, как бы это забавно ни звучало, набычился, чуть наклонив голову и словно наводя на меня прицел. Я же нетерпеливо завертел своей бедовой башкой. И где она шляется? Митя ведь ей и песенку сыграл. Чего еще надо, собраться в хоровод и покричать: «Снегурочка!»?

Стоило об этом подумать, как среди снегов мелькнула быстрая изломанная фигурка зверька, который стремительно приближался. Правда, это только показалось, что к нам мчится животное — просто крохотная девочка с кинжально острым зубками, которая смерть как любила мясо и кровь, бежала на своих четырех конечностях. Да так проворно, что за ней не поспевал и взгляд.

Чечюккэ, как нечисть прозорливая, тоже отметила приближение своего противника. Мельтешащие рыжие бестии наконец замерли, словно сурикаты, и теперь следили за Снегурочкой. Зато мне удалось разглядеть их. Выяснилось, что все товарищи в возрасте, хотя черты лиц у всех подростковые, округлые. Тот наглец, который не умел разговаривать со старшими (со мной в частности) оказался самым молодым. Удивительно, конечно. Хотя, с другой стороны, это понятно. Живи они по старым укладам — вымерли бы здесь, когда люди ушли. Вот и появился молодой и харизматичный вождь, который решил жить по-иному, а начать с великой аферы с Хаарчаной.